«Середнячку с хорошими soft skills рады больше, чем сложному суперпрограммисту». Блестящий пианист и бильярдист из Гомеля прошёл 8-месячный курс Java в Израиле и сразу нашёл работу

Релокейт
27 сентября 2018, 09:08

Гомельчанин Николай Иванов живёт в Тель-Авиве уже год. Сейчас он Full Stack разработчик в компании Initech. У парня высшее музыкальное образование, с трёх лет он играет на пианино, в 19 лет увлёкся бильярдом и в 2014 году вошёл в топ-16 профессиональных игроков Беларуси. Программировать он научился самостоятельно, но год назад решил систематизировать знания в рамках 8-месячного курса Java в Тель-Авиве.

В интервью Dev.by Николай рассказал о том, как совмещает музыку, код и бильярд — и почему решил остаться в Израиле.

Музыка: «В периоды острой музыкальной недостаточности — еду на вокзал»

Мама Николая — пианистка, отец — инженер-конструктор. С трёх лет он начал играть на пианино, после 9 класса поступил в музыкальный колледж, потом в Академию музыки, выступал на различных конкурсах, был солистом в Гомельской филармонии.

— Если программирование — профессия, то музыка — это мой внутренний орган. Я не представляю жизнь без пианино. В Израиле вот уже год живу без инструмента и в периоды острой пианистической недостаточности еду на вокзал, там почти на каждой железнодорожной станции есть пианино. 

Первой моей покупкой в Израиле стал электровелосипед, потому что объективно надо было средство передвижения. Достаточно сказать, что буквально за три месяца проехал на нём 1300 км. Сочетать его с общественным транспортом очень удобно. Например, едешь из Тель-Авива в Хайфу на поезде, а уже по самой Хайфе на велосипеде. Ну, а сейчас на очереди уже как раз пианино.

Программирование: «Затянуло»

— Почему при такой любви к музыке и фундаментальном профильном образовании — вдруг программирование?

— Мне сложно заниматься чем-то одним. Как говорят друзья, меня всегда болтает.

Компьютер дома появился, когда мне было 9 лет. Тогда ещё не было мышки, а в качестве операционной системы выступала MS-DOS с командной строкой и чёрной магической пеленой на экране. Меня затянуло до такой степени, что даже когда находился не у клавиатуры, представлял себе её и что-то печатал (так было и с пианино). В 6-9 классах школы я, по просьбе учителей, занимался их компьютерами: переустанавливал операционку, восстанавливал утраченные файлы, апгрейдил железо.

Когда поступил в музыкальный колледж, у нас с друзьями возникла идея сделать форум, чтобы обмениваться мыслями на околокультурные темы, планировать мероприятия. Так я попробовал себя в качестве web-разработчика. Активно искал информацию о том, как создаются сайты и форумы, и с помощью готовых шаблонов, модулей, темплейтов сделал свой первый форум в 16 лет.

Впоследствии я много кодил, но до Израиля у меня никогда не было централизованного процесса обучения и учителя, к которому можно было бы обратиться с вопросом.

Курс Java в Израиле: «Вся ответственность, по сути, на учениках»

С 19 лет, когда только начал учиться в консерватории, уже понимал, что вряд ли останусь в Беларуси насовсем. Я очень завишу от солнца, без него мне приходится особенно тяжело. Депрессии, сонливость, сниженная продуктивность, как будто нейроны в мозгу попрятались по берлогам. Кофе — временная мера.

У меня были разные планы, которые порой развивались до возможностей. Всё это привело к участию в студенческой программе Masa.

справка dev.by

Masa — это программа израильского правительства. Она позволяет молодым людям (18-30 лет) с еврейскими корнями получить грант ($500 — $4500) на учёбу и стажировку в Израиле (2-12 месяцев). С 2004 года этой возможностью воспользовалось 100 000+ человек из 60+ стран. Чтобы получить грант, надо подать заявку и соответствовать необходимым критериям.

Так примерно год назад я уехал в Израиль учить Java. Курс рассчитан на 8 месяцев и включает 4 месяца аудиторных занятий, столько же занимает стажировка в компании. 

Занятия по программированию проходили на базе учебного комплекса молодёжной деревни «Айянот». Она расположена в центре Израиля, рядом с городами Ришон-ле-Цион и Нес-Циона. В группе было около 25 человек. 4 раза в неделю по 5 часов учили всё: от основ до Android SDK. Дополнительно дважды в неделю по 5 часов учили иврит.

Изначально люди были с совершенно разным уровнем: кто-то не знал, что такое классы, переменные и объекты, а кто-то уже давно программировал. Преподаватель ориентировался на тех, у кого начальный уровень. А люди с опытом совершенно спокойно могли просить индивидуальные задания «со звёздочкой», выполнять их и в процессе консультироваться. 

Никто не следил за посещаемостью, никаких форм контроля знаний не было. По большому счёту, вся ответственность возложена на учеников. Хочешь — ходи, не хочешь — занимайся самостоятельно. Понял, что программирование не твоё — пожалуйста, ищи что-то другое. Если человек проходит курс по Java, но в процессе осознаёт, что ему ближе дизайн, он может стажироваться как дизайнер. Или наоборот. Всё очень лояльно и гибко. Прошёл на стажировку — хорошо, не прошёл — это твоя жизнь. 

Я посещал не все аудиторные занятия, поскольку многие из них проходили по уже базовым, мало интересным для меня, аспектам. Плюс достаточно быстро начался процесс поиска места стажировки, этим я вплотную и занялся. Получив несколько предложений стажировки, включая IBM и SAP, я был немного ошарашен — мечтал об этом ещё до приезда. В итоге стажировался в SAP как Full Stack разработчик.

У организаторов образовательной программы много контактов с hi-tech-компаниями, они сами рассылали наши резюме, согласовывали собеседования. Не зная язык, нам самостоятельно всё это делать было бы весьма проблематично. Но на самом собеседовании всё, конечно, уже зависело от нас.

Около 15 человек из 25 в нашей группе нашли работу программистами после стажировки и остались в Израиле.

Стажировка: в корпорациях работают без авралов

Моя стажировка проходила в отличных условиях: большая известная компания SAP, интересный проект, дружная и сильная команда. Я принимал непосредственное участие в процессе разработки, получил представление о том, как с большего выглядит процесс работы программистом в Израиле. Кроме того, обзавёлся первой строчкой в резюме.

Если в целом говорить о крупных компаниях в Израиле, там придерживаются европейского стиля работы с относительно размеренным ритмом без авралов.

В стартапах же трудятся за идею в условиях неравномерного графика работы, его фактически нет. Зачастую даже нет чётко обозначенной позиции: Full Stack разработчик или Frontend. Зато нормальной практикой считается при приёме на работу дать программисту долю в компании (от 0,5 до 2%). Это существенно повышает мотивацию.

Израильский стартап — это большой опыт и огромная нагрузка, но одновременно это и лифт, который может завезти наверх, пропустив добрую половину промежуточных этажей. Стартапы постоянно лопаются, продаются, закрываются, но им на смену приходят новые. Только в Тель-Авиве, численность населения которого примерно 420  000 человек, насчитывается порядка 2 000 стартапов.

По теме
Все материалы по теме

Язык: «Набросился на иврит, как маньяк»

Я многократно слышал фразу: «Зачем в Израиле учить иврит, можно вполне обойтись и без него». Действительно можно, потому что около 15-20% населения знает или говорит по-русски.

Но это самостоятельное запирание себя в отдельной части общества мне не подходило, и я набросился на иврит, как маньяк. Так бывает, что мой интерес к какому-либо предмету может приобретать маниакальный характер.

В рамках программы были предусмотрены занятия ивритом — по 5 часов 2 дня в неделю. Но я учил в основном самостоятельно: ходил по городу, сам с собой говорил, путешествовал. Как любой процесс изучения языка, делил на три основные составляющие: грамматика, словарный запас и практика. Между грамматикой и словарём где-то расположились идиоматические выражения и устойчивые конструкции. Активно учил новые слова, подключая разные способы: от стикеров на предметах до приложений-карточек. Чтобы тренировать разговорный язык, сам с собой общался, проговаривал детально свои действия, выявляя недостатки. Когда появилась возможность практиковаться, выразить себя я уже мог.

После стажировки пошёл в ульпан (курс иврита) и дальше совершенствовал разговорный язык. Обучение в частном ульпане длится 4 месяца и стоит 7500 шекелей (примерно $2100). Но новым репатриантам Министерство алии и абсорбции Израиля компенсирует эти расходы. Причём, даже если человек выбирает не государственный, а частный ульпан.  

Собеседования: «Не принято тратить время на человека с запутанным интерфейсом взаимодействия»

Собеседования в израильских ИТ-компаниях очень схожи и состоят из нескольких этапов.

  1. Беседа с эйчаром о компании, которую он представляет. Рассказывают, чем занимается компания, где находятся офисы, куда продаются продукты. Это занимает от 2 до 15 минут.
  2. Эйчар интересуется навыками, опытом соискателя, проектами, в которых участвовал, и ролями в них. Если говорят с Full Stack разработчиком, спрашивают, на сколько процентов фронтенд, на сколько — бэкенд. Обязательно интересуются, что человек ищет: определённую позицию, стартап или энтерпрайз, проект какой-то тематики или что-то ещё. Зарплатные ожидания тоже узнают. Если по техническим навыками соискатель соответствует вакантным позициям, эйчар говорит, что с ним свяжутся в ближайшие несколько дней. Как правило, через день-два на почту приходит приглашение на собеседование с картой проезда, контактами. Или звонят по телефону и приглашают.
  3. Собеседование, в ходе которого обращают особое внимание на soft skills. Мне сложно судить, насколько это важно в других странах, но в Израиле soft skills занимают важную позицию. Бешеный темп жизни отражается и на ритме жизни стартапов, поэтому нельзя тратить дополнительное время на человека, у которого запутанный, непростой интерфейс взаимодействия. Если будет средний разработчик, отлично коммуницирующий с коллегами, и суперпрограммист с очень сложным интерфейсом взаимодействия с командой, вполне могут выбрать первого. Иногда задают странные вопросы. Например, у меня спрашивали, сколько раз в Израиле за год всё население пользуется услугами парикмахера. Это была явная попытка поставить в нестандартную ситуацию и посмотреть, как я выкручусь. Отвечал строго алгоритмически: я знаю численность населения Израиля, соотношение несовершеннолетних, пенсионеров, примерно прикинул и посчитал.
  4. Техническое собеседование, на котором проверяются уже непосредственно девелоперские навыки, умение логически думать, решать нестандартные задачи. Тестовое задание иногда высылают перед собеседованием, чтобы уже при встрече был конкретный предмет обсуждения, а могут и обойтись только устной проверкой.

Обычно до технических собеседований не доходят те, кто не умеет себя преподнести. На это обращают внимание даже во время собеседований на неоплачиваемую стажировку от MASA, куда порог вхождения очень низкий — фактически это просто тест на способность к обучению и коммуникабельность.

Мой личный опыт говорит о том, что наличие диплома не является необходимым для устройства на работу. Если на собеседовании удаётся полноценно доказать свою профессиональную пригодность, не будет даже испытательного срока. Но высшее профильное образование, на мой взгляд, помогает разработчику выбирать оптимальные решения. Альтернативы-то  решения задач легко найти в Google, но понять, какая из них оптимальна, можно, располагая полным объёмом теоретических знаний.

К тому же высшее образование при прочих равных может дать возможность претенденту двигаться на позиции техлида и тимлида.

Альтернативные пути: может ли музыкант зарабатывать, как программист?

Может в десятки раз больше.

С точки зрения средней температуры по больнице, программисты зарабатывают больше. Но отклонения возможны в любые стороны. В Израиле востребованы частные занятия музыкой, стоимость часа очень высока, но конкуренция за учеников тоже огромная. Рынок гораздо уже, чем тот же hi-tech. У гастролирующих музыкантов вознаграждения намного выше, чем даже у разработчиков-сеньоров. Однако меня гастроли никогда не привлекали. Я люблю сцену, но тяжело её переношу в интенсиве, поэтому представлять, что так было бы каждый день, не хотел.

— А бильярдист может сравниться по части заработков с разработчиком-сеньором?

— Лично у меня мало промежуточных интересов: если что-то нравится, это переходит в разряд одержимости. С 19 лет я начал уделять бильярду  колоссальное количество времени. Тоже учился в основном сам, при помощи друзей и интернета. Ставил напротив зеркала гладильную доску, заменяющую мне поверхность бильярдного стола, и с кием оттачивал движения удара.

Начинал с русского бильярда, быстро понял, что городские турниры перерос, так как попадал регулярно в тройку. Однажды в качестве приза получил кий из особо ценной породы дерева эбен от мастера Сергея Каюкова. Стал ездить в Минск, в 2014 году выиграл любительскую лигу, в которой выступило более 100 человек. После двукратного участия в чемпионате Республики Беларусь в том же году я попал в рейтинг топ-16 игроков страны.

Постепенно русский бильярд стал мне менее интересен, потому что в нём слабо реализована тактическая составляющая, и он явно в этом проигрывает пулу и снукеру.

Кстати, не только в этом. В русском бильярде, наверное, только игроки наивысшего класса получают стабильный доход от этого спорта. В отличие от пула и снукера. Средний снукерный игрок имеет примерно 300-500 тысяч фунтов стерлингов за 10 лет карьеры. Вдобавок приличные гонорары за рекламные кампании и тренерскую работу. Но не поэтому я решил перейти на снукер. (Смеётся) 

В Гомеле был только один снукерный стол, поэтому на спаринги ездил в Бобруйск, Минск, Киев. Набрал форму, подправил технику и в мае прошлого года, незадолго до отъезда в Израиль, занял пятое место в открытом чемпионате Украины. Сейчас я продолжаю тренироваться уже в Израиле, снукер здесь развит. Не так, как в Британии или Азии, однако  приличный уровень. Лучшим игрокам страны уже не скучно со мной играть. Думаю, скоро им станет сложнее.

Быт: «Цены не пугают только того, кто не знаком с числами»

После переезда и решения осесть в Израиле в ближайшие годы, наступил период лёгкой депрессии. Всё-таки провожу черту в собственной жизни: с одной стороны, город, в котором ты вырос со всеми воспоминаниями и историями, друзья, близкие, родственники, а с другой — что-то новое.

Израиль — уникальная страна. Здесь каким-то непостижимым образом сочетаются многотысячелетняя история культур почти всего мира, три религии, современная жизнь с бешеным темпом, тенденциями и технологиями. Не знаю, можно ли это назвать любовью с первого взгляда. В Тель-Авиве я понял, что этот сумасшедший уголок мира мне по душе. Хотя город размером с микрорайон какого-либо белорусского областного центра, тут можно найти всё: свободную от стереотипов неформальную жизнь на юге города, респектабельную, современную, богатую жизнь на севере.

Организаторы студенческой программы старались нам показать Израиль с лучшей стороны, при этом не было пропаганды, попыток всё преподнести в розовом цвете. Да и сам я за время учёбы и стажировки много ездил по стране. Устраивал себе квесты, чтобы лучше понять и прочувствовать жизнь там, посмотреть на государство с разных ракурсов.

В Израиле невозможно сидеть на месте: будь ты музыкант, программист или ещё кто-то. Жизнь бьёт ключом, к тому же у человека, который только переехал в страну, ещё совсем не устроен быт, и он чувствует колоссальный заряд мотивации к действиям.

А уж цены как заставляют шевелиться! Они в Израиле не пугают, наверное, только того, кто не знаком с числами. Постепенно привыкаешь, но я хорошо помню своё первое впечатление. Кофе в простом кафе — $5, пиво — $10, сигареты — $10. Конечно, надо учитывать тот факт, что в Израиле достаточно высокая средняя заработная плата — около $3000. И всё бы ничего, если бы не цены на жильё. Приличная квартира в Тель-Авиве — от $700 000. А стоимость аренды в центре страны начинается от $1000 за одно-двухкомнатную квартиру.

Помимо цен, приезжим надо привыкать к тому, что зачастую много времени уходит на дорогу от дома до работы.  

Я проводил ежедневно от 4 до 5,5 часов в транспорте в период стажировки, жил в 15 км под Тель-Авивом, а надо было попасть на 15 км выше Тель-Авива. Бесконечные пробки в час пик, несколько видов транспорта, автобус может прийти раньше или позже, а следующего ждать час. Две-четыре пересадки в одну сторону. День начинался в 6.40, а в 7.00 уже был на остановке. В дом заходишь в 23.00 и в 23.15 уже лежишь в постели.

Однажды мне захотелось отвлечься. После 8-часовой стажировки заехал в бильярд и вдруг осознал, что пропустил все автобусы домой. Проскочившая дзен-мысль о том, что я на это уже никак не могу повлиять, позволила мне расслабиться. Я остался в клубе до половины пятого утра, потом  пешком прогулялся из Ришон-ле-Циона до Бат-Яма (разные города, расстояние чуть больше 10 км). Доехал до парка Независимости в Тель-Авиве, пошёл на пляж, встретил рассвет и поехал на стажировку. Пока никого не было в офисе, поспал в кресле добрый час, а потом отработал весь день и вернулся домой. Этот день запомнился как один из самых весёлых, потому что неожиданно для себя сломал привычный устой.

Зато спать лёг не в 23.15, а в 23.05.

Хуцпа в ИТ-индустрии: «Если у тебя есть идея, то у тебя нет понятия «неудобно».

Я не могу сделать полноценный обзор особенности взаимоотношений в Израиле, ведь живу тут всего год и мой датасет сравнительно мал. Но на данный момент культура межличностных взаимоотношений мне видится достаточно простой: должность или финансовое состояние человека не имеют здесь особого значения. Общаться на равных, кажется, можно с любым человеком, дистанция ощущается крайне редко.

Как это проявляется в жизни стартапов? Кроме созданной инфраструктуры, стартап-акселераторов и фондов, механизма дебюрократизации, влияет простота в общении. Она позволяет лучше донести концепцию стартапа до человека, который может вдохнуть в него жизнь банковской транзакцией. Может, поэтому в Израиле такой дух стартапов. Даже шутят, что у каждого продавца на рынке есть тоже «парочка идей».У меня тоже они есть, но пока только на бумаге. Сначала я хочу больше узнать о рынке hi-tech изнутри, получить максимально полное представление о технических и коммерческих механизмах развития стартапов.

Есть такое понятие в израильском обществе, как хуцпа. Дословно — «наглость», но не в том значении, как в русском языке. Это скорее о пробивных способностях, а не фамильярности. Если у тебя есть идея, желание её развивать, план, ты не медлишь и не останавливаешься перед психологическими барьерами, у тебя нет «неудобно». Более того, идей огромное количество, потому что люди не боятся высказывать своё мнение и «выделяться».

В Израиле полифония мнений, иногда даже голосов настолько много, что звучание становится додекафоничное. Как бывает интересно наблюдать за дебатами в Кнессете (Парламент. — Прим. автора). Конструктивный диалог помогает разобраться в деталях проблемы, а спор — найти новый ракурс. Споры в сочетании с конструктивом способствуют появлению идей,  потому что ни у одного человека нет монополии на истину, и вообще истина — понятие очень субъективное. Люди не считают, что выражать свою точку зрения, неудобно. А если и стесняются что-то спрашивать напрямую, находят выход из ситуации. На этот счёт есть хороший анекдот о том, как еврей искал публичный дом.

Приехал еврей в какой-то город и ищет, значит, бордель. Но это же неудобно спросить прямо. Он подходит к прохожему и говорит.

— Вы не подскажете, где живёт раввин?

— Тут недалеко, рядом. Улица Хачатуряна, дом 10.

— Что? Прямо напротив борделя?

— Нет, бордель тремя домами дальше по улице.

Если идея может быть применима и коммерчески оправдана, израильтяне не стесняются говорить, просить, выбивать инвестиции. Им это удобно! Создана вся необходимая инфраструктура, инвесторы ищут друг друга. Для незрелых идей без демо работают инкубаторы, где помогают с базовыми ресурсами, чтобы идею превратить в чётко сформулированный концепт, который уже можно продать. Плюс предоставляют юридическую помощь, помогают найти партнёров для дальнейшего развития концепта.

Казалось бы, сложно получить инвестиции, когда у тебя был провальный первый проект. В Израиле дела обстоят иначе. Если у тебя был неудачный проект, тебе, наоборот, легче получить инвестиции, ведь у тебя уже есть опыт, который  полезен и ценен в любом случае. А вот убедить инвестировать в свой первый проект — сложно.

На мой взгляд, это тоже один из факторов успеха стартап-государства: мотивировать и давать право на ошибку — не ошибается же только тот, кто ничего не делает.

Обсуждение