Музыканты-айтишники: белорусско-британская компания разрабатывает симуляторы инструментов для 100 млн пользователей

Оставить комментарий
Музыканты-айтишники: белорусско-британская компания разрабатывает симуляторы инструментов для 100 млн пользователей

Компания Gismart началась четыре года назад с трёх человек и одной идеи — создать эмулятор гитары для мобильных устройств. Сейчас у приложений Gismart более 100 млн скачиваний, а в штате компании с офисами в Минске и Лондоне — 40 сотрудников, среди которых есть и профессиональные музыканты. dev.by расспросил их, как творчество совмещается с работой в ИТ.

Читать далее

«А жена моя играет на басу и работает тестировщиком»

У самого входа в офис Gismart — музыкальная аппаратура, которой вполне хватит для маленького рок-концерта: барабанная установка, пара миниатюрных комбиков и ковёр, подходящий на роль сцены. Саму группу можно собрать из героев этого материала: Сергей Лаптёнок — гитарист, Сергей Лавриненко — вокалист, Павел Хасанов играет на клавишах, Александр Демиденко — на барабанах. Не хватает разве что басиста.

Александр Демиденко: Я играю на ударных в группе Re1ikt. В первую очередь я музыкант, потому что в музыке с самого детства. Сколько себя помню, играю, пишу песни, выступаю. Но музыкального образования у меня нет — в школе даже в хор не взяли.

Компьютеры мне тоже с детства нравились: у меня был «Агат-7», я читал методички, пытался что-то на нём делать. Информатика очень хорошо шла. Образование, правда, получил экономическое: в 2009 году окончил Гомельский государственный технологический университет им. Сухого. Общий бэкграунд получил, но экономистом не проработал ни дня.

Почему пошёл в ИТ? Решил, что нельзя развивать только одну сторону личности. Творческой работы у меня было слишком много — захотелось технической, и я закончил курс QA. Понимал: чтобы стать девелопером, надо погружаться в тему очень глубоко. А у меня группа, музыка — нет времени, которое я мог бы полностью посвятить самообучению. После курсов проработал несколько лет в EPAM, потом пришёл сюда — и здесь мне работать очень нравится.

Сергей Лавриненко: В шестом классе я играл в духовом оркестре: на альте и немножко на басу. У нас было три произведения: туш, гимн Беларуси и марш «Первый шаг». Все ноты брались очень примерно, и когда оркестр играл на линейке, мой папа шутил: «Хоронят кого-то, наверное».

В Гомеле, откуда я родом, в 1990-х и 2000-х была сильная музыкальная движуха, и это во многом формировало неокрепшие умы юных школьников. С тех самых пор музыкой и занимаюсь. Последние лет восемь играю в ансамбле Exegutor. А ещё у меня есть проект Teslathrone, в котором на бас-гитаре играет моя жена. Кстати, работает она тестировщиком, так что у нас семья музыкантов-айтишников.

Я окончил приборостроительный факультет БНТУ, по образованию тоже экономист, и тоже ни дня ни работал в этой области. После получил специальность переводчика, сейчас учусь на MBA в школе EMAS — я вечный студент. В ИТ попал тоже через курсы тестирования. Я прошёл интересный трудовой путь, но меня всегда тянуло в менеджмент. Вот и притянуло: в Gismart я проектный менеджер. Здесь и сейчас чувствую себя профессионально счастливым человеком.

Павел Хасанов: Я окончил музыкальную школу по классу фортепиано, это мой основной инструмент через всю жизнь. На гитаре тоже немного играю. Сейчас я клавишник группы Яnkey, но в последнее время больше занимаюсь написанием песен, а выступаю редко — время не позволяет. Без музыки слабо себя представляю: за последние лет 15-20 пройдено множество разных коллективов, это уже в крови.

Изучал радиофизику БГУ, имел представление, что такое программирование и что такое ИТ. После университета довольно долго занимался только музыкой, ездил по гастролям. В ИТ пришёл 5-6 лет назад, и это было осознанное решение — вспомнить и пополнить технический бэкграунд. Начал с менеджмента проектов, сейчас занимаюсь продуктами — например, Gismart Piano, симулятором пианино для мобильных устройств.

Сергей Лаптёнок: Я с музыкой тоже с детства. Ходил в музыкальную школу по классу ударных и ксилофона, и фортепиано там тоже было. Но школу не закончил — меня больше тянуло к гитаре. Лет с 13 пробовал сам научиться на ней играть, потом брал уроки, а где-то с 16 начали с друзьями создавать первые группы. Сейчас инфраструктура развита, репточек много — а тогда играли по гаражам. Пробовали что-то сочинять, пробивались выступать в разные клубы по Минску, играли своё. С Пашей мы когда-то в одной группе играли.

Сейчас я в музыкальных коллективах не участвую, музыкой в основном занимаюсь дома, для себя. Одно время играл в кавер-бэнде, но к своей музыке тянет больше. Да и много этих кавер-бэндов стало, играют все одно и то же — приедается.

По образованию я тоже экономист, и в ИТ попал тоже через QA, начинал с A1QA. В Gismart я продуктовый менеджер, отвечаю за наши гитару, гитарный тюнер, барабаны и метроном. Сергей тоже работает на этом проекте, у нас с ним структурированное разделение обязанностей: он отвечает за процесс, таски, оценку по времени и контроль их выполнения. А я занимаюсь непосредственно продуктовой составляющей: продумываю идеи, веду анализ конкурентов и пишу таски, которые идут в разработку. Хотел, чтобы работа была связана с музыкой — к этому и пришёл, и получаю от этого колоссальное удовольствие.

«Тестируем гитарный тюнер на людях, которые в жизни гитару в руках не держали»

— На кого рассчитаны приложения Gismart?

Сергей Л-к.: У нас есть два инструмента, рассчитанные на людей, для кого музыка — больше чем хобби: метроном и тюнер. Остальные приложения ориентированы на широкую аудиторию любителей музыки. Мы создаём симуляторы музыкальных инструментов, а сейчас активно внедряем в них игровой функционал. Люди пользуются нашими приложениями по-разному. Кто-то просто веселья ради: в наших пианино и гитаре есть fun mode, позволяющий без особых навыков сыграть композицию и почувствовать себя настоящим музыкантом. А кто-то, например, учит базовые аккорды по грифу или по клавишам. Понятно, что Real Guitar не заменит реальную гитару, а Gismart Piano не заменит пианино, но мы и не ставим такой цели.

Павел: Для большинства людей эти приложения интересны тем, что они могут научиться что-то играть, не имея дома гитары или фортепиано. Услышать звук, понять, нравится ли им играть. Родители, например, могут попробовать приобщить детей к музыке. Тем более что с нашим игровым функционалом сыграть композицию можно без музыкальных навыков. В планах — сделать упор именно на игровую и обучающую составляющие наших музыкальных приложений.

Впрочем, для музыкантов эти приложения тоже полезны: можно в любой момент достать из кармана девайс и взять нужную ноту или наиграть какую-то идею и записать её. В Piano есть функция записи в midi-файл с учётом ритмики и силы нажатия. Потом эти записи можно экспортировать в виде простейших нотных записей или звукового файла, либо открыть в самом приложении и переслушать.

В наших долгосрочных планах — создание платформы, которая объединит любителей музыки. Возможно, со временем именно этот проект и станет нашим флагманским продуктом, но пока об этом рановато говорить всерьез. А ещё вскоре выйдет инструмент для битмейкинга, с которым любой человек сможет попробовать себя в роли ди-джея. Там будет достаточно интересный функционал: запись и воспроизведение барабанных лупов, сэмплов, наложение эффектов в реальном времени.

Сергей Л-к.: С таким приложением тоже можно поиграться дома, а можно и профессионально использовать на вечеринках и концертах — качество звука в приложении позволяет это делать.

Павел: Плюс сейчас у нас появилось третье направление — музыкальные игры. Первыми будут клавишная и гитарная игры, они уже в разработке, релиз не за горами. В них сможет играть каждый, не имея никакого музыкального бэкграунда, и при этом погружаться в музыкальную атмосферу и косвенно изучать любимые песни. Репертуар будет разнообразным: будут и классические, и популярные песни.

— Используете свои продукты в творческой деятельности?

Александр: Я метрономом пользуюсь.

Сергей Л-к.: А я тюнером.

Александр: Я ещё иногда наигрываю какие-то мелодии, когда работаю с нашей гитарой. Так вот, одна из новых песен Re1ikt сочинена на этой гитаре! Совместил приятное с полезным.

Павел: Я иногда пользуюсь Gismart Piano. Думаю, когда выйдет в релиз наше приложение для битмейкинга, тоже буду его активно использовать — штука очень интересная.

— Музыка и работа влияют друг на друга?

Александр: Работа позволяет взглянуть на всё немножко шире. Когда ты постоянно практикуешь музыку, у тебя замыливается ухо, начинаешь раздражаться. А здесь я вроде остаюсь в той же сфере, но переключаю фокус, обогащаюсь новой информацией, по-новому вижу аудиторию — и за счёт самой работы, и за счёт коллектива, который настроен на музыкальную волну. У нас с ребятами в отделе идёт взаимное информационное обогащение: я могу им много рассказать о музыке, а они мне — о технических моментах. Я в группе отдыхаю от работы, а на работе — от группы, а это иногда очень нужно делать.

Писать свою музыку и дарить её слушателям — очень приятно. Но и участвовать в разработке музыкального приложения, которое тоже дарит счастье тысячам людей, хотя бы на короткий промежуток времени — тоже приятное ощущение. Я показывал наши приложения маленькой племяннице — видели бы вы, сколько радости! Человек ещё не знает, нравится ему музыка или нет, ещё не может взять в руки настоящую гитару. Но когда он пробует наш гитарный симулятор, сразу видно: ребенок загорается. «Ого, у меня получается!»

Павел: Лично мне очень интересно применять музыкальные знания в другой области. Это даёт дополнительную свободу в видении продуктов, в понимании, что в них можно заложить, как они могут работать. А с другой стороны, работа тоже открывает новые знания. Казалось бы, мы и так все варимся в музыке, много о ней уже знаем, но благодаря работе иногда углубляемся в детали, о которых даже не догадывались. Мне, например, в последнее время приходится много узнавать о классической музыке. До этого я давно её плотно не слушал, а сейчас мне нужно подбирать контент, искать произведения. И так интересно становится!

Сергей Л-к.: Подборка контента для приложения — это очень интересно. 50% пользователей нашей Real Guitar — из Азии, и мы не знали, какой контент будет им интересен. С японцами всё более-менее понятно: они тяготеют к американизированной музыке. А что предложить китайцам, индийцам? В итоге мы всей командой включились, начали изучать вопрос, приносить разные идеи — а всё потому, что это интересно нам самим.

Сергей Л-о: Далеко не все в Gismart музыканты — и это хорошо, потому что наши приложения в большинстве случаев ориентированы на широкую аудиторию.

Сергей Л-к.: Поэтому на наших профессиональных навыках иногда лучше не фокусироваться. Надо соблюдать баланс между тем, что мы знаем и можем реализовать, и тем, что реально нужно пользователю. Например, мы делали наш тюнер максимально простым и удобным для чайников. Тестировали, кстати, на людях, которые в жизни гитару в руках не держали. Тюнер должен быть таким, чтобы человек, которому на день рождения подарили его первую гитару, мог скачать приложение и с первого раза самостоятельно её настроить.

«В музыке, как и в ИТ, творчество занимает 5-10% времени»

— Много ли айтишников в ваших группах?

Александр: Я первый в своей группе начал двигаться в этом направлении, и сразу понял, что у моих друзей тоже есть потенциал для работы в ИТ-сфере. Предложил им: давайте, пробуйте, развивайте себя! И теперь все участники Re1ikt кроме вокалиста успешно работают QA.

Сергей Л-о: В Teslathrone все айтишники: мы с женой и барабанщик — тестировщик-автоматизатор. В Exegutor раньше был басист-айтишник, но он часто летал в командировки в Лондон, это накладывалось на выступления и репетиции — пришлось искать нового. Сейчас я единственный в группе работаю в ИТ.

Павел: В Яnkey сейчас нет айтишников, кроме меня — все музыканты до мозга костей.

Сергей Л-к.: Я по друзьям знаю: айтишников-музыкантов хватает. Есть даже группы, состоящие из одних айтишников.

Сергей Л-о: Да и в гримёрках всё чаще слышишь: «релиз», «проект», «дедлайн».

Сергей Л-к.: И «факап» тоже.

— Переносите в группы свой опыт из работы в ИТ?

Павел: Мне в работе с группой помогает умение организовать, определить приоритеты задач в процессе сочинения, записи, аранжировки. Я могу распланировать, что нужно сделать в первую очередь, что надо завершить и двинуться дальше.

Сергей Л-о: А я, наоборот, многому научился из менеджмента музыкального коллектива. Все наши группы созданы на добровольной основе — контрактов люди не подписывают, зарплату никто никому не платит, штрафные санкции не применяет. Всё, что держит людей вместе — желание. И если ты научишься управляться с такими людьми, с их разными характерами и разным видением, если ты построишь модель, которая будет производить слушабельный продукт, интересный и для тех, кто его играет, и для аудитории, то работать с командой айтишников тебе будет гораздо проще.

Александр: Я раньше «дизайнил», снимал клипы, работал с фото — но внести в работу порядок у меня не получалось. А здесь, в QA, я этому порядку научился, и в группу он тоже перешёл. У нас в Re1ikt есть scrum-доски, мы распределяем задачи на людей. Наш новый альбом, который скоро выйдет, мы записали за пять дней. Четырнадцать песен, около 150 звуковых дорожек, множество тембровых слоёв — и благодаря внутреннему порядку нам удалось сделать всё это без стресса. Да, мы начинали работать в 11, а заканчивали только в 3 ночи — зато мы сделали всё, что планировали, и даже больше. Когда представляешь себе весь объём работы, то понимаешь, как его правильно организовать, как контролировать процесс.

Но есть и обратная сторона. Процесс написания песен подразумевает собой некоторую спонтанность, отсутствие рамок. Я знаю несколько групп, полностью состоящих из айтишников — у них даже ежедневные совещания по поводу группы бывают. Но играть ребята не особо научились, и песни писать тоже. Нужно понимать свою цель и выстраивать на пути к ней баланс: в какой момент ты всё делаешь хорошо и «правильно», а в какой —просто позволяешь своему внутреннему ребёнку вовлекаться в музыкальный процесс.

Сергей Л-о: В музыке, как и в ИТ, творчество занимает 5-10% времени, а всё остальное — работа, которую нужно организовывать. И которую нужно делать!

Александр: Многие музыканты этого не понимают. Почти все.

Сергей Л-о: Сейчас быть музыкантом — доступно. В 1990-е самая дешёвая гитара стоила две зарплаты, да и найти её ещё было не так-то просто. Сейчас за среднюю зарплату можно купить три гитары. Но количество не всегда перерастает в качество.

Александр: Мне хочется верить, что люди поймут: купить гитару — ещё не значит стать музыкантом. Как и стать айтишником — не просто закончить курсы, как многие сейчас думают.

Сергей Л-о: «Три месяца — и ты программист».

Александр: Реклама везде: «Закончи наши курсы — и бери лопату, будешь грести бабло». И кто-то же подогревает эти настроения. Но я думаю, люди не дураки — всё они поймут в итоге.

«Музыкой у нас не заработаешь — если ты не Михалок»

— Если бы у вас была возможность зарабатывать музыкой и заниматься только ей, ушли бы из ИТ?

Александр: У меня нет недостатка в творчестве, в самореализации, так что я не могу ответить однозначно. Вот выберешь ты музыку — а где гарантия, что ты сможешь заниматься только ею до самой старости? Окей, будешь развиваться как музыкант — а как ещё, в каких направлениях? Я хотел бы музицировать чаще, но это не вопрос работы — она мне абсолютно не мешает. Если очень хочется, я даже здесь могу поиграть — у нас же есть ударная установка.

Сергей Л-к.: Другой вопрос — гастроли. Если группа постоянно даёт концерты, то на это уходит очень много времени — может, побольше, чем у нас на работу. Но даже тогда мне всё равно было бы интересно делать приложения, полезные миллионам пользователей. Сейчас это — моя работа, а музыка — хобби. Могло бы быть наоборот.

Сергей Л-о: Музыкой, мне кажется, у нас не заработаешь — если ты не Михалок, конечно, и если не играешь с кавер-бэндом «Землю в иллюминаторе» по кабакам. Сейчас ведь и музыка уже не та, что в 1960-70-х, даже в 1990-х. Остались ещё динозавры вроде Metallica, которые зарабатывают столько, чтобы строить себе особняки, бассейны и золотые статуи. За ними есть пласт исполнителей, которые могут себе позволить за счёт музыки сытую по меркам Запада жизнь, дальше — пласт музыкантов, которые просто что-то зарабатывают. И вся эта пирамида держится на огромном основании из коллективов, которые только вкладывают свои силы, время и деньги в то, чтобы самореализоваться. Даже в серьёзных группах, особенно из мира андеграундной музыки, практически все люди работают. Иначе им приходится не вылазить из туров, а от этого очень сильно устаёшь.

Gismart дал мне отличную возможность заниматься музыкой и при этом производить что-то полезное, востребованное миллионной аудиторией пользователей, и это очень здорово. И ещё важно, что людям, которые здесь работают, не всё равно. Они занимаются не трейдингом и не страхованием, не системами учёта логистики для Новой Зеландии, где они никогда не были, и не CRM для клиента, которого в глаза не видели. Здесь всё реально, всё от души идёт. Мне трудно представить лучшую работу для музыканта.

Я работал на старших курсах в ансамбле «Песняры», администратором в детской студии при ансамбле. Педагог этой студии, матёрая вокалистка, работавшая много и долго, говорила мне: «Серёжа, если бы у меня была возможность сидеть в офисе, зарабатывать свою тысячу долларов и писать в свободное время свой джаз, я бы запросто всё кинула и занималась этим». Она работает в музыке, она там что-то зарабатывает — но на выходе получается совсем не то, чего она от этого ожидала.

Александр: Когда баланс не соблюдается, то удовольствия от процесса занятий музыкой становится меньше.

Сергей Л-о: Цель, которой могу достигнуть лично я как музыкант — посмотреть мир и людей, что-то записать. Вот и всё. Ещё получить кайф от сцены, конечно. Сцена — это наркотик.

Александр: Но тоже до поры — потом начинаешь выгорать.

— Часто играете в офисе?

Сергей Л-к.: Случается! В основном после работы, чтобы не мешать другим. Жаль, пока у нас нет отдельной комнатки, в которой можно было бы поиграть днём: гитару и пианино можно подключить тихонько, а вот барабаны — нет.

Сергей Л-о: Нашим коллегам, которые не занимаются музыкой, тоже важно знать хотя бы основы музыкальной теории, так что мы думаем организовать для них уроки.

Павел: Не принудительно, конечно: ребята сами интересуются, многие хотят научиться играть на инструментах.

Сергей Л-о: Музыку в Gismart любят все. Это один из первых вопросов на собеседованиях: «Вы любите музыку?»
 

 


Фото: Андрей Давыдчик

На этой неделе читали:

ИТ-преподаватель не смог войти в айти

Почему ВВП вырос больше, чем планировали

Andersen в Украине отказали 2 кандидатам, которые не хотели говорить на русском

Хотите сообщить важную новость? Пишите в Телеграм-бот.

А также подписывайтесь на наш Телеграм-канал.

Горячие события

Не разработкой единой: бесплатный non-technical meetup для разработчиков от LeverX Group
27 января

Не разработкой единой: бесплатный non-technical meetup для разработчиков от LeverX Group

Гродно
btc
Bitcoin
btc
$35 281,00
+0,89%
eth
eth
$2 441,60
+1,43%
xrp
xrp
$0,61
+2,37%
ant
ant
$4,37
-3,86%

Читайте также

В LinkedIn написали, что эйчары — ленивые бездари. HR: в «постсовке» решают топы
В LinkedIn написали, что эйчары — ленивые бездари. HR: в «постсовке» решают топы
В LinkedIn написали, что эйчары — ленивые бездари. HR: в «постсовке» решают топы
LinkedIn обсуждает претензии в адрес ленивых рекрутеров, а в Andersen собираются перестраивать HR-процессы из-за истории с отказами украинским айтишникам. Эйчар заступается за коллег и предостерегает от «сожжения ведьм на благо репутации компании». Пересказываем детали большой дискуссии в соцсетях.  
14 комментариев
Gismart выпустил первую коллекцию NFT и раздал сотрудникам
Gismart выпустил первую коллекцию NFT и раздал сотрудникам
Gismart выпустил первую коллекцию NFT и раздал сотрудникам
2 комментария
«Тут Бай Медиа» исключили из ПВТ
«Тут Бай Медиа» исключили из ПВТ
«Тут Бай Медиа» исключили из ПВТ
3 комментария
СК закупил ПО для взлома телефонов. Оно способно смотреть удалённые файлы
СК закупил ПО для взлома телефонов. Оно способно смотреть удалённые файлы
СК закупил ПО для взлома телефонов. Оно способно смотреть удалённые файлы
26 комментариев

Обсуждение

Комментариев пока нет.
Спасибо! 

Получать рассылки dev.by про белорусское ИТ

Что-то пошло не так. Попробуйте позже