«Он смог — почему я не смогу?» Декан БГУИР стал джуниором в Salesforce

Оставить комментарий
«Он смог — почему я не смогу?» Декан БГУИР стал джуниором в Salesforce

Владимира Федосенко называют «передовым деканом»: у него на факультете в Институте информационных технологий БГУИР слушателей учили только актуальному — тому, что «будет полезно в работе». Он бывает на всех важных митапах, конференциях, а пять лет назад прошёл сертификационный экзамен на звание SCRUM-мастера.

Обсуждая в марте ИТ-образование будущего, он отметил, что доценты университетов уходят в лаборатории ИТ-компаний, чтобы начать карьеру, даже в роли джуниоров, и заметил: «такая идея крутится» и у него в голове. И вот в сентябре Федосенко оставил деканское кресло и начал с нуля осваивать Salesforce

dev.by поговорил с Владимиром Алексеевичем о том, что побудило принять такое решение, и главное — что дальше. 

Владимир Федосенко — кандидат технических наук, доцент, в недавнем прошлом — декан факультета повышения квалификации и переподготовки Института информационных технологий БГУИР. Закончил этот же университет с красным дипломом и средним баллом 5,0 — лучший студент университета своего года выпуска. Занимался исследовательской деятельностью, работал в Академии наук Беларуси, является автором более 80 научных и учебно-методических работ, в том числе 9  изобретений. В своё время проходил стажировку в Bailbrook College в Великобритании, свободно владеет английским. Сертифицированный SCRUM-мастер. 

— Меня предупредили, что вам не нравится слово «джуниор» в отношении себя…

— За годы работы я накопил большой опыт — так что уже не джун. Но сейчас я перехожу в новую для себя сферу, приобретаю новый опыт, и получаю удовольствие от общения с интересными людьми, большими профессионалами в своей сфере. 

— И всё же почему снова учиться и снова в джуны? 

— Поначалу я искал возможность поработать в коммерческих образовательных проектах компаний. Мне и сейчас говорят: «Конечно — приходите, сделаем программу, наберём курс», — но хочется чего-то нового, хочется практики.

«Человек, который учит программистов, должен зарабатывать не меньше, чем эти специалисты в индустрии, — сказали вы в комментарии dev.by. — Иначе будут продолжаться случаи перехода доцентов в учебные лаборатории ИТ-компаний». Ваша причина — в деньгах? 

— Не только. Но нужно признать, что реальная зарплата доцента сильно оставляет желать лучшего. Чтобы выжить, нужно так нагрузиться учебными часами, что из стен университета выходить не будешь. 

— Почему вы оставили пост декана?

— Из-за перемен в Институте информационных технологий БГУИР: пришёл новый директор, человек военный — последовали кадровые перестановки. Деканам и другим руководителям подразделений нашего института запретили участвовать в проведении занятий. А я с этим не согласен — я всегда «стоял у станка». 

— Так вы бы поборолись.

— А я и пытался (конкретизировать Владимир Алексеевич отказался — прим. dev.by)… Но, как ни крути, мы в разных весовых категориях. Но лучшим решением оказалось уйти в другую сферу. Это было непросто, но сейчас я даже благодарен руководству института за то, что способствовало принятию такого решения.

— Тяжело было вернуться за студенческую парту?

— Конечно, начать изучать новые технологии — значит выйти из зоны комфорта. Многие коллеги не верили, что это в принципе возможно в моём-то возрасте.

— Вы преподавали в ЕГУ и БГУИР, на курсах BelHard и прочих, а учиться пошли в Dev Incubator. Почему? 

— Давно знакомы с Сашей Мелещенко (руководителем Dev Incubator — прим. dev.by) — ещё с ЕГУ. Он знал, что я в фоновом режиме ищу работу в ИТ-компании, и как-то предложил: «А давай к нам — выучишь Salesforce». Я пропустил его слова мимо ушей, но Саша не успокоился — опять вернулся с этим же предложением.

— Он видел, что это ваше?

— Он понимал, что именно здесь я смог бы сейчас работать. Мне-то, конечно, всегда была ближе фронтенд-разработка, но конкурировать во фронтенде непросто. В общем, Саша позвонил мне ещё раз, позвал на встречу по Salesforce в инкубатор. А потом предложил: «У меня есть вакансия — ты подойдёшь, тебе по силам». В общем, я решился, начал изучать — и втянулся. 

— Большую часть времени учились сами?

— Обучение в инкубаторе построено следующим образом: тебе дают набор тем, и ты их проходишь. А менторы на занятиях шлифуют твои знания. Обычно сначала идёт технический модуль, потом — по софт скилам. Мне было так интересно, что я оставался и наблюдал, как «разговаривают» техническую молодёжь: она ведь очень замкнутая, многие интроверты. И знаете, ребята менялись — через несколько недель занятий они по-другому садились, ходили, по-другому общались. Это потрясающе! 

— Но вас-то «разговаривать» не надо. Говорят, что порой вы «включали декана» — и начинали сами что-то рассказывать, объяснять…

— Не декана, а скорее преподавателя (смеётся). Но на самом деле больше было просто историй из жизни — опыт-то большой. 

— Ребята с самого начала знали, что вы — вчерашний декан? Как реагировали?

— Знали, конечно: многие мне экзамены сдавали. Реагировали нормально — не робели. Да и чего робеть-то? Мы же в одинаковом положении. Мне самому было непросто, но не от того, что со своими студентами учусь. Мне с молодёжью быть не впервой — когда мы в своё время создавали новую специальность переподготовки по тестированию ПО, ребята из сообщества COMAQA сказали мне: «Хочешь, чтобы мы с тобой разговаривали — пройди наши курсы». И я прошёл. 

— Так вам не привыкать выходить из зоны комфорта.

— Ну-у, такого выхода, как в этом полугодии, не было никогда. Причём, никто же не понимает, какой это труд: ну сидит человек за компьютером — так он и раньше сидел. А у тебя мозги иной раз перегреваются от поступающего объема информации.

Но знаете, кроме Саши меня ещё очень вдохновил один мой коллега, тоже доцент. Где-то год назад он «сел» в EPAMовскую лабу — учился-учился, и в итоге попал на проект. Я подумал тогда: он смог — почему я не смогу? Этот путь для меня — самый реальный, ведь нельзя же прийти в компанию со словами: «У меня столько опыта разработки в прошлом — ставьте меня PMом». Вполне ожидаемо, что услышу в ответ: «Это было ещё в прошлом веке — так что иди-ка ты назад в свои 90-е, и там работай». 

Да, я начинаю с самого начала, но это пока не так важно. Главное для меня — втянуться в процесс, выполнять поставленные задачи — а дальше, думаю, всё будет нормально.

— Когда вы шли на собеседование в Coral Team…

— (перебивая) Хотите спросить, боялся ли я?

— Нет, хочу спросить, что знали в компании о вас.

— В инкубаторе составили профайл, так что я не был «котом в мешке» — кое-что обо мне знали. Я готовился к тому, что это будет техническое интервью, но это был разговор о моём опыте. А вот потом мне дали техническое задание — и я пошёл его делать.

— За сколько сделали?

— Когда я только заглянул в него, подумал, что выполню за полчаса. А потом возникла куча нюансов, как это обычно бывает, пришлось что-то дополнительно изучать. Но мне понравилось — я люблю идти к цели и попутно прокачиваться.

— Был момент, когда хотелось сойти с дистанции?

— Да, через это, наверное, все проходят: наступает момент, когда не получается, и руки опускаются, появляется желание всё бросить — живут же другие люди и не рвутся никуда, довольны. У меня такое было как раз, когда мне объявили дату собеседования в Coral Team. Необходимо было усиленно готовиться, а тут, как обычно, повалились проблемы: и большая учебная нагрузка, и серьёзные проблемы со здоровьем у родных. В общем всё в одну кучу. 

— Что помогало идти дальше?

— Жена говорит: «Это твоё дикое упрямство». А я считаю, что просто нельзя было иначе: если уж взялся за что-то, тяни. Смалодушничаешь — потом же не простишь себе.

— Говорят, ваша соседка по парте звонила каждый день — толкала в спину.

— И такое было. Ребята из инкубатора переживали, дёргали постоянно: «Надо ещё это, надо ещё то…» — ну как тут сдаться? Я стискивал зубы, вспоминал слова своего тренера по дзюдо: «Пока в тебе бьётся хотя бы одна капля крови — ты не проиграл». Ну нельзя было уходить с татами.

— Что, если после этого интервью ваши коллеги из других вузов, подумают: а мы-то что здесь сидим — и тоже уйдут?

— Те, кто мог, уже это сделали: на проектах и в образовательных центрах компаний сплошь наши преподаватели. Просто не все готовы выйти из зоны комфорта.

— Кто же остался в вузах?

— Те, кто не рвётся в проекты, кого устраивает преподавательская работа и зарплата: «что-то есть — и хорошо». И конечно, многие из них уже не молоды. А вчерашние выпускники не рвутся преподавать. Хотя в моё время было наоборот: за единственное место на кафедре в РТИ бился весь поток.

— Что, как вам кажется, может сейчас удержать молодых преподавателей в вузе?

— Будь я сейчас молодым парнем, меня бы ничего не удержало. Разве что, если бы я попал в какую закрытую научную лабораторию — и там развивался. 

Сами посудите: вот отработал молодой человек лет 10 в университете, его спросят на собеседовании: «А какой у тебя опыт проектной работы». И что сказать «чистому» преподавателю: «Я провел 6 курсов, подготовил энное количество лекций, разработал столько-то лабораторных». Получается, что он в 30 лет такой же джун, как и его студент.

— Кто будет преподавать, когда выйдут в тираж те, кого «всё устраивает»?

— А вот это вопрос не ко мне. Это задача-то совсем другого уровня, и решать её нужно системно. Ни заведующие кафедрами, ни даже деканы всех технических университетов вместе взятые эти проблемы не решат — это дело самой высокой инстанции. 

Сейчас идёт обсуждение, каким должно быть будущее ИТ-образование: своё видение высказывают и Виктор Прокопеня (тоже, кстати, мой студент), и Игорь Мамоненко, и  другие видные айтишники, но объективных и субъективных препятствий слишком много — и их проекты развиваются медленно. 

— Александр Мелещенко рассказывал, когда на тренингах учеников просят рассказать о своём лучшем проекте, они приводят в пример какой-нибудь интернет-магазин или «личный сайт». А вы сказали: «Персей-12» — система вибрационных испытаний быстро перемещающихся объектов», которую по слухам, могли использовать для советского космоса.

— Да, это один из моих первых проектов — а такие запоминаются на всю жизнь. Я начал работать ещё на 2-3-м курсе: это сейчас у студентов есть возможность выбирать — рабочих мест множество, а раньше мы ходили по лабораториям РТИ и предлагали везде свою помощь, лишь бы взяли. К пятому курсу я стал членом проектной команды. Меня уже брали в командировки, а официально это было невозможно — я же ещё был студентом. Поэтому мне оформляли командировку на конференцию в те же города, куда ехала команда. 

— А конференция в том городе в это время проходила?

— Нет, конечно! Ну, идёшь в местный универ, чтобы отметили факт прибытия, а потом — вслед за другими на завод. 

Наш проект запустили в серийное производство — а через месяц Союза не стало. Связи порвались, и всё закончилось: серия упала, проект завершился. Незадолго до этого нашу команду звали работать в Германию, а мой друг говорил: «Да что такое Германия — тьфу, пятнышко на карте. А Союз — громадная страна, масштабы, возможности…» А видите, как получилось в итоге.

— Как вдруг проект оказался в Академии наук, если вы его делали в лаборатории вуза?

— Просто в какой-то момент один из доцентов защитил докторскую диссертацию, стал заведующим кафедрой — и свой проект объявил главным. И мой шеф и научный руководитель Анатолий Морозевич перешёл со своей командой в Академию наук. Меня тогда вызвал завкафедрой и сказал: «Либо ты — мой аспирант, либо уходишь за Морозевичем». И я ушёл. Поэтому мы и заканчивали работу над «Персеем-12» в стенах Академии наук. Да и какая разница, где, — главное, что это интересный проект, и классная команда. 

— В своё время вы стажировались в Bailbrook College в Великобритании. Как оказались там?

— А да, там интересно получилось… Я ведь не только разработкой занимался, но ещё и преподавал в академическом учебном центре. Ректор Высшего колледжа связи как-то сказал мне: «Хочешь в Англию?» Хочу, кто же откажется. «Иди к нам деканом!» А вот этого, говорю, не хочу. А он: «В Англию поедут только деканы». Кто его знает, когда ещё предложат, подумал я — и согласился.

Я три года проработал в колледже, а потом ушёл в ЕГУ. Там собирали команду, чтобы открыть новые специальности, и мне было это интересно: таких специальностей не было не то, что в Беларуси, но и во всем СНГ. ЕГУ был единственным университетом, в котором можно было всё: любое начинание поддерживалось — никаких запретов. Ты не убивал своё время на какие-то формальные вещи, типа бумажной текучки. Это так было круто! И люди шли туда не из-за денег — просто в ЕГУ было интересно работать.

— Надежды соискателей в ИТ часто разбиваются о разговор с эйчаром по-английски. Вы себя комфортно чувствовали, хватило вашего уровня?

— Да, вполне. Хотя мне сказали: «Хорошо, но ещё проверим в бою — будешь общаться с зарубежными клиентами и партнёрами». Так что испытание мне ещё предстоит на проекте.

— Не боитесь?

— А чего бояться-то — человек не может всё знать. Я и студентам своим всегда говорю: у вас есть право на ошибку. Сформулируйте мысль, если занесёт не туда, я остановлю и направлю, а вы главное — подхватите идею и дойдите до верного решения. Не страшно, когда ошибаются, страшно — когда надувают щёки и молчат с умным видом. Жизнь — сложная штука: ты много раз ошибаешься и падаешь. Но поднимаешься, делаешь выводы и идёшь дальше. 


​dev.by проводит новое исследование рынка труда в белорусском ИТ — заполните анонимную анкету, и скоро мы поделимся результатами.​​​​​​​​​​


Работа в ИТ в Беларуси​.​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

1. Заполните анонимную форму — 5 минут.
2. Укажите зарплатные (и другие) ожидания.
3. Выберите желаемую индустрию или область деятельности.
4. Получайте релевантные предложения​​.​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​ ​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

Хотите сообщить важную новость? Пишите в Телеграм-бот.

А также подписывайтесь на наш Телеграм-канал.

Читайте также

Сооснователь Flo Дмитрий Гурский переехал в Лондон
Сооснователь Flo Дмитрий Гурский переехал в Лондон
Сооснователь Flo Дмитрий Гурский переехал в Лондон
1 комментарий
Депутат Савиных про будущее ИТ: «Работаете на экономику РБ или пакуете чемоданы»
Депутат Савиных про будущее ИТ: «Работаете на экономику РБ или пакуете чемоданы»
Депутат Савиных про будущее ИТ: «Работаете на экономику РБ или пакуете чемоданы»
95 комментариев
В Беларуси испытали беспилотник на базе «БелАЗа»
В Беларуси испытали беспилотник на базе «БелАЗа»
В Беларуси испытали беспилотник на базе «БелАЗа»
TUT.ВY пока не признали экстремистским. Суд по делу приостановили
TUT.ВY пока не признали экстремистским. Суд по делу приостановили
TUT.ВY пока не признали экстремистским. Суд по делу приостановили
1 комментарий

Обсуждение

Комментариев пока нет.
Спасибо! 

Получать рассылки dev.by про белорусское ИТ

Что-то пошло не так. Попробуйте позже