Хардварный ренессанс в Кремниевой долине

3 сентября 2012, 12:11
hardwareГоворят, Кремниевая долина возвращается к своим истокам: здесь снова вспомнили, как собирать компьютеры. Именно об этом пишет The New York Times. Так стоит ли и нам срочно бросать все и заниматься «железом?» Кажется, в последние годы в Кремниевой Долине совсем позабыли о кремнии. Всех интересуют доткомы, веб-реклама, социальные сети и приложения для смартфонов. Но теперь стало появляться все больше знаков того, что «хард» – это новый «софт». Эта тенденция наметилась несколько лет назад с появлением видеофона «Flip». Недавно к нему добавились следующие устройства: Nest, умный термостат; Lytro – камера, с которой можно наводиться на фокус уже после того, как снимок был сделан, и, наконец, Pebble – умные наручные часы, которые взаимодействуют со смартфоном. И, хотя в Кремниевой долине и не производят никакого оборудования, – выдумывается, проектируется, прототипируется и финансируется оно по-прежнему именно здесь (обычно этим занимаются небольшие стартапы). Что изменилось сейчас – каждый из этих этапов значительно ускорился, в результате чего снизилась стоимость разработки, а также сопутствующие риски. И дело вовсе не в том, что программное обеспечение перестало быть важным в Кремниевой долине. Oдна из причин для перемен – все более тесная связь аппаратного и программного обеспечения. Например, в Apple за эти годы вырастили целое поколение инженеров, для которых электронное устройство практически ничего не стоит без специально разработанных программ, благодаря которым оно доставляет столько радости. Зато теперь каждый проектировщик может сразу же экспериментировать с моделями нового устройства благодаря сравнительно дешевым трехмерным принтерам. Такие принтеры штампуют модели любых объектов – например, вилок, настенных крюков, кружек, чемоданных пряжек и т.д. – нанося друг на друга тысячи слоев тончайшего пластика, керамики или другого материала. Что до самих товаров, то их можно быстро изготавливать на договорной основе в сборочных цехах за рубежом, – как правило, это делается в Китае. Благодаря всему этому дизайнеры и инженеры смогли ускорить время, что и подготовило настоящий технологический прорыв. «Устройство, на разработку которого раньше уходило три месяца, теперь разрабатывается за месяц», – рассказывает Андре Юсефи, сооснователь Lime Lab. Это производственная компания, расположенная в Сан-Франциско, работает со стартапами в области создания нового аппаратного обеспечения. «Имея 3D-принтеры, можно даже создавать одноразовые прототипы», – говорит Юсефи. – «Вы заказываете модель вечером, забираете утром, а уже к одиннадцати часам можете ее выбросить». Таким образом, стоимость создания компьютеризированных гаджетов быстро и значительно снизилась. Отсюда и целая волна инноваций в области «харда», которая постепенно накрывает софтверный мир, доминирующий в Долине со времен доткомовского бума. «Если подумать, сколько всего произошло за последние 10-15 лет, – окажется, что люди просто не осознают, как сильно изменился мир по сравнению с 1996 годом», – считает Шон О’Салливан, венчурный предприниматель, работающий одновременно в США, Ирландии и Китае. – «Такие продукты, как iPhone, в некотором смысле обесценили комлектующие. И теперь можно легко и быстро создавать устройства, которые меняют нашу жизнь, – ранее это удавалось лишь при помощи новых программ». Чтобы доказать эту точку зрения, О’Салливан недавно пригласил команды девяти небольших стартапов в китайский город Шэньчжень. В течение 111 дней каждая из групп должна была разработать новый продукт и приступить к его производству. Свою инвестиционную фирму, расположенную в Сан-Франциско, О’Салливан назвал «Haxlr8r» (произносится как «хакселератор») – и уже в июне была представлена первая группа устройств, рассчитанных на быстрый выход на рынок. В частности, свое устройство представила фирма Shaka – это был прибор, предназначенный для измерения ветра и незаменимый для виндсерферов и кайтеров. Фирма Kindara предложила аксессуар для iPhone, позволяющий определить, когда у женщины наступила овуляция. (Устройство автоматически отправляет текстовое сообщение мужу). Кроме того, был представлен Bilibot – проект по созданию недорогого робота с открытым исходным кодом. Итак, Долина возвращается к своим истокам, уходя от доткомовских сервисов и социальных сетей, которыми еще недавно были одержимы все вокруг. Напомним, что в конце 1930-х именно здесь Билл Хьюлетт и Дэвид Паккард сконструировали звуковой генератор, которым Уолт Дисней воспользовался при подготовке полнометражного мультфильма «Фантазия». А в начале 1970-х здесь стали стремительно множиться компании, создававшие устройства на полупроводниках (именно от этого пошло известное всем выражение «Кремниевая (Силиконовая) долина»). Благодаря этому в середине 1970-х группа любителей компьютерного оборудования основала здесь клуб «Homebrew Computer Club», из которого выросло несколько десятков стартапов, в том числе и Apple Computer. Сегодня ряд наиболее успешных хардверных стартапов Кремниевой долины основан бывшими сотрудниками Apple, желающими попробовать себя в области, где стыкуются «хард» и «софт» (это желание заложено в корпоративной ДНК Apple). Например, Тони Фаделл, бывший сотрудник Apple, руководивший командами разработчиков iPod и iPhone, основал компанию Nest, которая разработала одноименный термостат. Уго Файнс (Hugo Fiennes), менеджер по оборудованию Apple, отвечавший за разработку первых четырех версий iPhone, основал компанию Electric Imp. Эта фирма планирует подключать к интернету самые обыденные вещи, например, стенные розетки и бытовые электроприборы. Хусейн Рахман, главный исполнительный директор компании Jawbone (стартап, занятый разработкой стильных наушников и микрофонов для соединения по Bluetooth), считает, что влияние Apple на разработку оборудования стало своеобразным стандартом для тех, кто желает занять место в мире аппаратных стартапов. «Наши коллеги из Купертино задали очень высокую планку в области практичности оборудования», – говорит он, – «Они повысили общий уровень качества оборудования». «Теперь вы можете предложить новую концепцию или идею и тут же эффективно обосновать жизнеспособность продукта», – говорит г-н Рахман. – «Можно пробовать множество идей, и это требует не таких уж и больших капиталовложений и интенсивности труда». Но он сразу же оговаривается, что «масштабируемость и выстраивание логистических цепочек, маркетинг и распространение – все еще очень сложные участки работы». Впрочем, новые технологии позволяют упростить распространение, – возьмем, к примеру, онлайновые торговые площадки, в частности, Etsy, Amazon и Google Marketplace. Благодаря ажиотажу вокруг нового оборудования нынешние стартапы из Нью-Йорка и Кремниевой долины теперь соперничают за венчурные инвестиции. Компания Electric Imp недавно добилась финансирования в размере 8 миллионов долларов от крупнейших венчурных фирм. Нью-йоркская компания LittleBits только что заключила сделку на 3,65 миллионов, которые собирается потратить на массовое производство крошечных высокотехнологичных игрушек. Компания г-на Юсефи, Lime Lab, в этом году была приобретена PCH International, организацией, штаб-квартира которой находится в городе Корк, Ирландия. PCH – производственная компания, работающая со стартапами и технологическими компаниями из Кремниевой Долины. PCH интересуется изготовлением оборудования, которое еще десять лет назад стоило бы миллионы долларов, а на изготовление его потребовались бы годы. Лайэм Кейси, основатель и руководитель компании PCH International, считает, что новые практики финансирования (такие, как Kickstarter) возникли в том числе и благодаря достигнутой простоте прототипирования оборудования. «Разработка нового оборудования всегда упиралась в деньги», – считает Кейси, – «А если стартапы заинтересуют потребителей, то и венчурные предприниматели сочтут их привлекательными для инвестиций». Чем дешевле производство, тем больше шансов на возрождение у любительской сборки – так, новая субкультура «мейкеров» (makers) процветает, используя сравнительно недорогие компьютеры и сенсоры. Ярким примером служит полнофункциональная компьютерная система, которая стоит 25 долларов и при этом не превышает по размеру кредитной карты. Этот компьютер разработала небольшая команда под руководством Ибена Аптона – конструктора чипов из компании Broadcom. Компьютер называется Raspberry Pi. Разработчики-любители и стартаперы из Кремниевой долины сочли его настоящим инновационным прорывом, и сейчас система идет нарасхват. К настоящему времени продано около 100 000 таких компьютеров, и каждый день компания Raspberry Pi Foundation изготавливает по 4 000 устройств — хватит на 1,5 миллиона мечтателей в год. Несмотря на то, что по цене Raspberry Pi сравним с ежевичным пирожным, его влияние на будущее разработки оборудования сложно переоценить. «Это – катализатор, позволяющий быстрее выводить на рынок новые проекты», – считает Кевин Япп, руководитель по маркетингу и стратегическому планированию в международном онлайновом сообществе Element 14 (Это сообщество объединяет разработчиков, занятых технической поддержкой компьютера Raspberry Pi.) Писатель Стюарт Бренд как-то сказал, что такая информация, как ПО, сама «стремится стать бесплатной». По словам О’Салливана, венчурного предпринимателя, аппаратное обеспечение постепенно становится таким же дешевым, как и программы. Источник
подписка на главные новости 
недели != спам
# ит-новости
# анонсы событий
# вакансии
Обсуждение