«Режим падёт, и я смогу вернуться». Павел Либер о своём 2020-ом

Павел Либер дал интервью KYKY, в котором рассказал, что с ним сделал 2020 год. dev.by собрал основное.

5 комментариев
«Режим падёт, и я смогу вернуться». Павел Либер о своём 2020-ом

Павел Либер дал интервью KYKY, в котором рассказал, что с ним сделал 2020 год. dev.by собрал основное.

О том, каким был 2020-й

— В первой половине был эмоциональный подъем: борьба с COVID-19, волонтерские инициативы и небывалая солидарность. Мы с ребятами из EPAM в рамках благотворительного проекта разработали систему для Минздрава. Она позволяла трекать все случаи заражения коронавирусом, включая контакты первого и второго уровней в едином реестре, чтобы быстрее реагировать и вести нормальную статистику. Система до сих пор не внедрена, хотя мы её передали еще в июле 2020-го. Минздрав сказал «спасибо», и на этом все закончилось.

Вторая часть года прошла в борьбе с режимом. Я всегда был аполитичным, но когда стали задерживать потенциальных кандидатов в президенты — был явный сигнал: в стране что-то не так. Я разместил в фейсбуке пост, мол, давайте попробуем посчитать голоса онлайн и собрать бюллетени. Пост набрал более тысячи комментариев. И это стало отправной точкой. Я подумал, что если есть такой фидбек, проект стоит делать.

Об отъезде из Беларуси

— Когда мы готовили к выходу платформу «Голос», мне недвусмысленно намекнули, что нужно уезжать из страны. Иначе бы сидел в местах, где вряд ли можно было бы что-то программировать. 

Пока я нигде надолго не обустраиваюсь и продолжаю находиться в отпуске за свой счёт, чтобы было больше времени заниматься своими проектами.

Не обустраиваюсь, потому что верю: режим падёт, и я смогу вернуться домой. Поэтому не хочу даже пытаться строить жизнь в другой стране.

Об угрозе жизни и слежке

— Эту угрозу я воспринимаю серьезно, но не боюсь. Пока я жив. Надеюсь, так будет и дальше. Кроме того, совершать преступление на территории чужого государства гораздо сложнее, чем в Беларуси.

В Беларуси ничего такого [слежки] не было. Сейчас тоже не чувствую, хотя наверняка какие-то органы за кем-то следят. Но не думаю, что за мной — я не настолько важная персона.

О том, почему «полез в политическую клоаку»

— Главным триггером стало острое чувство несправедливости, когда посадили Бабарико, Тихановского, активистов. И в этот момент я понял, что как бы хорошо ни жил, отобрать могут всё и буквально за день. И никакой суд не поможет — закон в стране больше не работает. Прежней Беларуси уже нет — есть тоталитарное государство.

В Беларуси сегодня происходит тотальная зачистка политического и экономического актива, но всех не пересажают — в тюрьмах нет такого количества мест. Концентрационные лагеря так быстро не построишь, хотя государство активно работает над этим. Когда-то я читал про гитлеровскую Германию 30-х и думал, что вся эта история невозможна в современном мире. Но это произошло в самом центре Европы, в моей стране — до сих пор не укладывается в голове.

О «Голосе» и его финансировании

— Сегодня много сплетен, что «Голос» кто-то профинансировал, но проект не имеет даже юридического лица. Я не вступал в Координационный совет и никогда не был в каком-то штабе. «Голос» — это независимый проект. А наша команда — группа волонтёров, которые делают проект в свободное от работы время. Это был не заказ, а сугубо наша инициатива.

В Беларуси наших людей не осталось — всем удалось выехать из страны. Те, кто были задержаны, помогали «Голосу» с пиаром и медиа. Никакого отношения к продукту эти люди не имели. Поэтому их задержание — фантастический идиотизм, но их продолжают держать за решёткой и вменяют статьи за организацию массовых беспорядков.

О гонениях на айтишников

— Не думаю, что это началось с «Голоса». Просто большое количество айтишников поддержали протест. «Голос», скорее, стал катализатором протеста, когда люди увидели, что их нагло и цинично обманули. И давили же не только айтишников, но и всех, кто участвовал в протестном движении.

О новой подплатформе «Голоса»

— Сегодня мы пытаемся превратить «Голос» в инструмент прямой демократии, чтобы общество могло непосредственно участвовать во всех социально и политически значимых процессах. В ближайшие недели мы запустим подплатформу «Голоса», которая поможет сфокусировать действия людей в рамках протеста. Например, надавить на иностранную компанию, белорусский партнёр которой увольняет людей из стачкома. Или отговорить инвестора от прихода в страну. Программа даст возможность поддержать то или иное решение своим голосом.

О выдвижении на «Сход»

— На «Сход» я пошёл, чтобы понять проблемы и потребности беларусов — это нужно для калибровки наших проектов. Чтобы они были нужны и помогали обществу. Заранее могу предвосхитить вопрос — я не вижу себя в политической жизни и не стремлюсь к политической карьере. По духу я инженер и люблю создавать продукты, которые действительно будут полезны людям. Политика для меня, скорее, бэкграунд, чтобы ответить на вопрос: можно ли всё заменить на ИТ-технологии — будет ли это работать? Тем более я знаю команду «Схода» — это хорошие ребята, которые делали проекты с благими намерениями. Потому что вокруг «Схода» было много дебатов, и мне было приятно поддержать этот проект.   

Айтишники в Беларуси зарабатывают больше, чем политики, если говорить честно. Поэтому денежной мотивации у меня точно нет.

О новой Беларуси

— Я считаю, что в новой Беларуси нужно будет упразднить все министерства и заменить их нейросетью, нормальной аналитикой и узкой группой людей, которые коллегиально будут принимать стратегически важные решения. Причём, опираясь на проверенные данные, а не мнения людей в старых советских кабинетах, которые ездят на Geely.

…Управленцы, как и врачи, должны уметь делать прогнозы на основании данных, но этого сегодня нет. Мы сделали много социальных проектов — я знаю, о чем говорю. Часто приходилось общаться с сотрудниками министерств и ведомств. Никакого нормального анализа данных и прогнозирования не происходит, как и в принципе нормального использования современных технологий.

О релокации айтишников за рубеж

— Беларусь может потерять до 50% первоклассных специалистов в IT-сфере, 20% из которых уже уехали, а 30% — на низком старте. Что касается релокейта бизнеса — мы это никогда не обсуждаем. Потому что ИТ — это, в первую очередь, люди. Но, конечно, мелким компаниям проще упорхнуть, чем тяжеловесам.

Переместить ИТ-бизнес из Беларуси абсолютно реально. И многие собственники об этом задумываются. Льготный налоговый режим в Беларуси не компенсирует того, что завтра ты можешь оказаться в тюрьме и потерять всё. Люди, которые действительно хотят делать бизнес, не останутся в стране с правовым дефолтом. К тому же все понимают, что наша экономика дышит на ладан. И чтобы не допустить голодного бунта, в первую очередь, государство начнёт отжимать деньги у бизнеса под разными предлогами. И ни один нормальный бизнесмен не захочет отдавать свои кровные только ради того, чтобы Лукашенко удержался у власти.

О «схлопывании ИТ»

— Если отрасль сократится на 50%, примерно на столько же сокращается и доля в ВВП. Но это очень грубо — так считать нельзя. Это все-таки пальцем в небо.

Но я не исключаю вариант, что IT как сфера может полностью схлопнуться. И целью любого специалиста, который будет обучаться программированию, станет отъезд из страны, чтобы зарабатывать нормальные деньги и быть в безопасности.

Обнадёживающее напоследок

— Я верю, что режим сменится, потому что его ценности уже не соответствуют запросам современного общества. Это эволюция — её законы работают для всех. Вопрос лишь во времени. Многие думают, если на марш не выходит 200 или 500 тысяч человек, протест сдулся. Но это не так — никто не смирился, ведь память стереть невозможно. И внутри системы становится больше шатаний.

Я смотрю на ситуацию оптимистично и хочу, чтобы беларусы верили в изменения и не забывали за что они борются. У режима почти не осталось ресурсов, чтобы поддерживать силовую машину. Плюс давление мирового сообщества — кому нужна Северная Корея в центре Европы? Всё в совокупности додавит режим. Лукашенко уйдет — для этого есть много предпосылок. Главное — не сдаваться, даже если настроение на дне. Нужно довести начатое до конца.

Хотите сообщить важную новость? Пишите в Телеграм-бот.

А также подписывайтесь на наш Телеграм-канал.

Читайте также

Игра белорусского паблишера — в топ-5 самых крупных проектов подразделения Mail.ru Group
Игра белорусского паблишера — в топ-5 самых крупных проектов подразделения Mail.ru Group
Игра белорусского паблишера — в топ-5 самых крупных проектов подразделения Mail.ru Group
У Exadel новый офис — в два раза меньше, чем на Купревича (здание купил EPAM)
У Exadel новый офис — в два раза меньше, чем на Купревича (здание купил EPAM)
У Exadel новый офис — в два раза меньше, чем на Купревича (здание купил EPAM)
13 комментариев
Приложение белорусов TeenUp (соцсеть для детей) появилось на Product Hunt
Приложение белорусов TeenUp (соцсеть для детей) появилось на Product Hunt
Приложение белорусов TeenUp (соцсеть для детей) появилось на Product Hunt
МТС: протесты и девальвация могут плохо повлиять на бизнес в Беларуси
МТС: протесты и девальвация могут плохо повлиять на бизнес в Беларуси
МТС: протесты и девальвация могут плохо повлиять на бизнес в Беларуси
3 комментария

Обсуждение

0

А теперь вопрос на засыпку, как зарегистрировался на Сход, если там участки с геолокацией?)

Павел Либер
Павел Либер Senior Director в EPAM
6

Делегатам можно было из-за границы официально. Правда награждают лэйбочкой «не в Беларуси»

1

Год начала падения восточноевропейских диспаний это 2014 - год падение цен на нефть. Сейчас мы видим последствия.
Ну конечно уже выросло новое поколение которое никогда не жило в СССР и не изуродовано той системой. А "можа так i трэба" уходят естественным образом.
Режиму конец по сути нас волнует вопрос когда - желательно увидеть позитивные имения как можно быстрее.

2

Паша - герой

0

"конвертнись в радикалы, конвертнись"

Спасибо! 

Получать рассылки dev.by про белорусское ИТ

Что-то пошло не так. Попробуйте позже