«Система образования мертва». Бывший сотрудник минобра делится мнением про белорусскую школу

Школа в эпицентре вторую неделю: Александр Лукашенко заявил, что, тем, кто не разделяет государственную идеологию, в школах не место. А остальных нужно «защитить от нападок». Учителя в ответ вышли с плакатами к зданию министерства образования. Затем председатель мингорисполкома Анатолий Сивак отметил, что частных учреждений образования становится много, и ситуацию с ними «надо брать под контроль».

Оставить комментарий
«Система образования мертва». Бывший сотрудник минобра делится мнением про белорусскую школу

Школа в эпицентре вторую неделю: Александр Лукашенко заявил, что, тем, кто не разделяет государственную идеологию, в школах не место. А остальных нужно «защитить от нападок». Учителя в ответ вышли с плакатами к зданию министерства образования. Затем председатель мингорисполкома Анатолий Сивак отметил, что частных учреждений образования становится много, и ситуацию с ними «надо брать под контроль».

dev.by поговорил обо всём этом с преподавателем, автором проекта «Народный учебник», разработчиком системы дистанционного обучения в Гродненском государственном университете им. Янки Купалы и Национального образовательного портала и экс-сотрудником министерства образования Сергеем Ольшевским.

Что происходит в школах — раскол?

Я бы назвал это не расколом, а скорее, агонией, судорогами — никак не меньше: уже почти все осознали, что существующая система образования мертва. 

Учителя возмущены — они недоумевают, на каком основании президент говорит: тех, кто не хочет следовать нашим принципам, «в школе быть не должно». Разве идеология закреплена у нас на уровне государства? 

Какой процент учителей возмущён, по вашим оценкам?

Хотелось бы верить, что порядка 20%, но реально вслух об этом говорят 5-10%. Давайте грубо посчитаем: из 100 тысяч белорусских педагогов порядка 20% — пенсионеры, остаётся 80 тысяч учителей. На марш учителей вышло порядка 3 тысяч человек, то есть и того меньше — 3%.

А остальные?

Запуганы, и поэтому молчат. Кто-то из них говорит, что они «просто устали», и «не хотят, чтобы их трогали», кто-то — что они «ничего не решают». Ещё есть те, кому «есть, что терять». Всё это люди со стокгольмским синдромом: они уже полюбили своего мучителя.

А может, они просто «тихо делают своё дело»? 

Знаете, я много общаюсь с учителями, и часто слышу от них: «Ну, а кто будет учить детей?..» и «Мы же просто учителя», — но всё это слова-слова, которые произносятся, чтобы оправдать себя.

Большинству уже понятно, что точка невозврата пройдена — так, как было, уже не будет. Просто не может быть, потому что люди в стране это не могут принять. А учителя топчутся на месте, боясь сделать шаг вперёд: «Ну, а что же будет, если все уволятся — дети останутся без образования». И хочется в ответ спросить: «А что есть?»   

Многих ещё останавливает отсутствие финансовой подушки безопасности — они боятся уходить «в никуда». Хотя буквально на днях мне написала коллега, рассказала, что они с мужем уволились из школы из-за того, что их заставляли идти на провластный митинг с формулировкой: «Либо идёшь, либо увольняешься». Они ушли, и как раз «в никуда». Коллега тогда написала: «Страшно или нет, но дальше так уже не может продолжаться». 

Таких примеров немало. Их стоит приводить, чтобы учителя, наконец, уже поняли: пора определиться, вспомнить, что это действующая власть увеличила им нагрузку, заставила заниматься всякой ерундой…

Что вы имеете в виду?

Пресловутый «всеобуч», который сбрасывают на учителей, обходы с проверкой печного оборудования в частных домах и пожарных извещателей в квартирах. Я даже знаю, что некоторые педагоги получали поручения проверить исправность электропроводки в районе.

Таких историй — тысячи, я публиковал их на сайте «Народного учебника». Но постоянно появляются новые, потому что учителя соглашаются на это с формулировкой: «Мы же люди системы», «Мы же единственная опора — кого ещё попросить?!.» Хотя я считаю, что пора уже, наконец, определиться, кто они: учителя либо «люди системы». 

Вы привели в пример учителей, которые уволились, потому что не хотели участвовать в провластном митинге. Есть ещё один, хорошо известный многим: «учитель года» Анна Северинец, которой не продлили контракт из-за стихотворения о Коле Лукашенко, присоединилась к команде Stembridge. И всё же, эти случаи единичны?

Статистики у меня нет, но в моём окружении достаточно людей, которые ушли из школ: кто-то — в ИТ, кто-то — в частные учреждения. Хотя моя выборка не репрезентативна, потому что я изначально общаюсь с учителями, которые против всего этого. 

На прошлой неделе минобразования отрапортовал у себя в Telegram-канале о том, что паспорта готовности подписаны для 99,6% учреждений образования. То есть, школы укомплектованы всем необходимым, в том числе штатом. Хотя вы можете зайти на jobs.tut.by и посчитать объявления, сколько требуется учителей, — я сам насчитал 412. 

Понять, каков на самом деле отток учителей из школ, можно будет, когда ГИАЦ минобразования опубликует свой статистический сборник. И тем не менее, что-то мне подсказывает, что мы увидим интересную картину, потому что ещё в прошлом году преподавательские коллективы школ на 20% состояли из пенсионеров. Посмотрим, что будет в этом. 

В разговоре до интервью вы отметили, что многих учителей к мысли об уходе подтолкнул коронавирус.

Да, ситуация с коронавирусом сильно этому способствовала: система показала свою неработоспособность, учителя остались «крайними». Минобр развёл руками — делайте, что хотите, разгребайте, как сможете, — у нас ничего нет. Ну, а выборы для многих стали просто последней каплей. 

Лукашенко на прошлой неделе призвал министра образования «защитить учителей от всяких нападок». Вы сами слышали от учителей о «наездах» и угрозах в их адрес?

Я тоже учитель, но на меня никто не нападает. Наоборот — на прошлой неделе один родитель, который увёл своего ребёнка из школы по политическим мотивам, сказал, что рад, что «такие учителя ещё есть». 

Будем объективными: если вам угрожают, пишите заявление в милицию, и пусть там заводят дело и расследуют. Что вы молчите? Заявляйте об этом публично! Пока, как я знаю, максимум, что позволили себе выпускники, — принести дипломы и аттестаты к воротам школ, чтобы вернуть их. Это не «наезд», это их позиция — им стыдно за своих учителей.

Минобразования готовится к новому учебному году. На днях министр Игорь Карпенко заявил, что разработка единой платформы для дистанционного обучения в Беларуси будет завершена до конца 2020 года…

О, я эту песню ещё весной слышал. 

И тем не менее, как человек, который пристально следит за этой темой, что скажете — получится?

Знаете, не так давно я разбирал у себя в Facebook ролик, который министерство показывало учителям как пример контента. Описать можно одной фразой из песни Бьянки: «звук — (плохой)».

Я уже понимаю, что получится, — очередной пшик: контент отдали на откуп обычным учителям, чтобы те склепали «на коленке» видосы, по ИТ-компаниям бросили клич «высказать своё мнение о наборе сервисов», даже заявили, что готовы включить в проект айтишников — но это просто очередное латание дыр.

Поясните, что вы имеется в виду под словами «бросили клич»?

В конце апреля ГИАЦ минобразования разослал ряду ИТ-компаний письма с просьбой включить в рабочую группу по разработке платформы представителя их компании. Но в списке даже EPAM не было. 

Я скажу так, в 2014–2015 году в рамках проекта от Microsoft на серверах ГИАЦ мы уже развернули нечто подобное тому, что сейчас реализовано в Литве. Но потом вдруг пришло указание сверху: «Это не нужно». 

Кто-то со мной не согласится и, возможно, приведёт в пример Чехию, где на хакатоне программисты-энтузиасты бесплатно сделали сервис для министерства транспорта, потому что считали неразумным тратить на это 16 миллионов евро из казны. Но я возражу в ответ, что система дистанционного образования так не делается. На каждом этапе её создания должны работать профессионалы: учителя-методисты, сценаристы, режиссёры, звукооператоры, светотехники и прочие.

Вы посмотрите, сколько в Youtube контента — и со всем этим будут конкурировать «видосы», снятые на обыкновенный телефон, даже без «петлички», без профессионального света, но с эхо? Это точно не контент, который захотят потреблять ученики. 

Портал rebenok.by сообщает, что спрос на частное образование в этом году «ажиотажный». О росте частных школ рассказал и председатель мингорисполкома Анатолий Сивак на педагогическом форуме. По его словам, в прошлом году их было 12, сейчас уже 18. 

Я сотрудничаю с такой школой, и могу сказать, что спрос на новое образование, а также на индивидуальные планы, в том числе в частных школах, растёт год от года. Но ещё очень важно — растёт спрос на образование за пределами Беларуси, о чём минобразования даже не думает.

Понимаете, было бы желание: найти сегодня в России онлайн-школу, чьи аттестаты признаются у нас, — вообще не проблема. И ребёнок больше не под контролем.

Хотите сообщить важную новость? Пишите в Телеграм-бот.

А также подписывайтесь на наш Телеграм-канал.

Читайте также

Учитесь сейчас — платите потом: Mate Academy предлагает ИТ-курсы в обмен на долю от зарплаты
Учитесь сейчас — платите потом: Mate Academy предлагает ИТ-курсы в обмен на долю от зарплаты
Учитесь сейчас — платите потом: Mate Academy предлагает ИТ-курсы в обмен на долю от зарплаты
Онлайн-школы часто обещают помочь с трудоустройством, но обычно ограничиваются формальной подборкой вакансий. Формат Income Share Agreement меняет правила игры: вы посещаете все занятия бесплатно, а курс оплачиваете только после официального трудоустройства. Разобрались, как это работает, на примере украинской школы Mate Academy, а также собрали три полезных программы для новичков.
6 комментариев
Amazon полностью оплатит колледж 750 тысячам сотрудников
Amazon полностью оплатит колледж 750 тысячам сотрудников
Amazon полностью оплатит колледж 750 тысячам сотрудников
«Моя миссия — дать альтернативу». Тестировщица уехала в деревню учить детей
«Моя миссия — дать альтернативу». Тестировщица уехала в деревню учить детей
«Моя миссия — дать альтернативу». Тестировщица уехала в деревню учить детей
Год назад Лена была тестировщицей, работала удалённо на шведский стартап, потом на беларускую компанию. Год назад наткнулась на статью о проекте «Учитель для Беларуси», который искал людей, готовых работать в региональных школах. Идея так увлекла девушку, что она решила всё бросить, переехать из Минска в деревню, в дом без удобств, чтобы учить детей биологии, химии и английскому. И у неё получилось. Спустя год, мы приехали к Лене в гости, в Спонды, чтобы узнать, как проект «Учитель для Беларуси» изменил её жизнь и жизнь Спондовской средней школы, где Лена до сих пор преподаёт.
11 комментариев
«Тысяч пять получаете?» Как Mapbox заглянул в Шарковщину, а Шарковщина заглянула в Mapbox
«Тысяч пять получаете?» Как Mapbox заглянул в Шарковщину, а Шарковщина заглянула в Mapbox
«Тысяч пять получаете?» Как Mapbox заглянул в Шарковщину, а Шарковщина заглянула в Mapbox
22 комментария

Обсуждение

Комментариев пока нет.
Спасибо! 

Получать рассылки dev.by про белорусское ИТ

Что-то пошло не так. Попробуйте позже