Симбиоз технологий, искусства и философии: репортаж из офиса самой необычной ИТ-компании

31 мая 2016, 13:43

«Это акулы! — говорит Дмитрий Волков, глава международного интернет-холдинга Social Discovery Ventures, показывая мелких рыбок в офисном аквариуме. — Они ещё вырастут. Просто мы инвестируем на ранней стадии». В портфеле холдинга — более 50 онлайн-сервисов, с помощью которых люди из разных стран могут расширять свои социальные и деловые связи: Shazam, Dating.com, LinguaLeo, Triptogether.com, ShoCase, StreetLife... SDVentures был создан в 1991 году в США, а в 1998 году вышел на российский рынок. Сегодня в офисах компании в 8 странах работает около 500 человек. 25 из них — в Минске. 

Вся культура SDVentures, как подчёркивают здесь, построена на симбиозе технологий, искусства и философии, уживающихся бок о бок. Art & Technology — довольно прозрачная связка, но причём тут ещё и философия? Дмитрий Волков, кандидат философских наук, объясняет, что удел философа — мыслить критически и сомневаться в существующих практиках. Скажем, Генри Форд в этом смысле был философом-инноватором: он не пошёл на поводу у рынка, желавшего получить то же, что и всегда, — лошадь, только с улучшенными характеристиками.

dev.by побывал в московском офисе компании, чтобы философски взглянуть на то, как он устроен.

Читать далее

Даже обычная московская улица, куда офис компании переехал осенью 2011 года, кажется на этом фоне чуть ли не концептуальной (в офисе SDVentures очень быстро заражаешься идеей «поиска смыслов»). Её праздничное название — 8 Марта — этакий привет и из 1930-х, когда улица была переименована, и из Нью-Йорка, где некогда прошёл полумифический женский «марш». На этой же улице — легендарная психиатрическая клиника N13, где лечились знаменитые русские художники, математики и философы. Даже её ограда сделана по эскизам Врубеля, который тоже находился там какое-то время.

Это местоположение, конечно, было выбрано не из-за своей парадоксальности. Но оно очень идёт технологической компании с «художественным уклоном» и философом у руля.

Пять лет назад в России были популярны традиционные офисы с кабинетами, «где все сидят в своих капсулах», говорит глава холдинга Дмитрий Волков. Но калифорнийские офисы Google и Twitter, устроенные так, чтобы не мешать свободной циркуляции идей, были ему больше по душе. Так и сделали: открытые пространства, стеклянные двери и перегородки («Чтобы можно было помахать друг другу!») и много банок с фломастерами для всепроникающего настенного «интранета».

Art & Technology: бетон и голые трубы как символ хорошего кода

С «бабаек» — корпоративных героев, способных принять любой облик, от шлема Дарта Вейдера на курьих ножках до нано-матрёшки, — и началось проникновение искусства в технологическую вотчину.

Официального смысла у бабаек нет — можно придумывать любой. Похоже, пока тот самый Бабай в три смены запугивал непослушных детей, его отпрыски пустились во все тяжкие в офисе SDVentures, превратившись в символ творческой дерзости (ведь непослушные дети зарабатывают больше).

Главная бабайка — и по совместительству лого — вписана в круг и квадрат, как человек с каноническими пропорциями из дневника Леонардо да Винчи. Поскольку «витрувианский» рисунок да Винчи считается одновременно и научным трудом, и арт-объектом, это тоже идеальная метафора здешней корпоративной культуры.

Даже голый бетон и инженерные сети с изнанки в духе музея Помпиду — это, конечно, не просто бетон и трубы, а символ качественного кода и open source.

— Мы считаем, что технологии должны быть красивыми. Не только снаружи, но и внутри. Даже то, чего пользователь не увидит, должно быть сделано так, чтобы не стыдно было это показать, — объясняет Волков.

Дмитрий Волков

В особой переговорке, которая служит ещё и галереей для шедевров технологического искусства, стоит Silk, детище художника Дмитрия Морозова (название арт-объекта — это отсылка к нашумевшей «чёрной» е-бирже, разгромленной ФБР с пожизненным сроком для основателя).

Натяжение струн этого музыкального инструмента меняется вместе с колебаниями курса биткоина, которые выводятся на монитор в режиме реального времени. Получается «музыка гномов, добывающих золото в пещерах, медитативная и зловещая». Более зловеще мог бы звучать разве что инструмент, обыгрывающий курс белорусского рубля — идея для какого-нибудь хакатона.

Хорошо, что хотя бы лось Лёша на колёсиках, «на лицо ужасный, добрый внутри», — никакая не метафора. Но и он очень уж смахивает на героя классического анекдота про асоциальную личность, лося Алёшу, которому нигде не рады. Всё-таки метафора? Нет, говорят эйчары: в компании работают не «стереотипные гики», поэтому новых сотрудников подбирают так, чтобы Лёша не оказался их единственной родной душой внутри «нетривиальной команды».

Проекты: Земля как open space площадью в 510 млн квадратных километров

SDVentures выступает как в роли инвестора (в первую очередь), так и в роли разработчика проектов из области social discovery. Тут тоже не без подоплёки: компания, по словам Дмитрия Волкова, хочет объединять людей и приближать «коммуникационную сингулярность». Потому что в мире, похожем на гигантский open space со свободной циркуляцией идей и знаний, люди перестанут «демонизировать друг друга» — может быть.

Как инвестор SDVentures состоит в партнёрстве с пятью венчурными фондами, включая американский 500 startups, и инвестирует в проекты вместе с гигантами вроде Sequoia Capital, который в 1970-х вложился в Apple.

Среди проектов компании — платформа для мессенджеров Layer (в данный момент ведутся переговоры о её использовании в Tinder), сервис для поиска попутчиков TripTogether, большое количество технологий для сайтов знакомств, в том числе бренд Dating.com.

Были, конечно, и «плохие попытки». Например, система типа Kiwi — сеть интерактивных киосков для оплаты чего угодно. С технологической частью компания справилась, а вот развитие офлайн-инфраструктуры оказалась сродни попытке инвестировать «в цементный завод» — нечто громоздкое и непонятное.

8-й этаж: Марат и его акулы е-коммерции

«Русский PayPal» — так здесь называют платёжный сервис Payonline, один из самых удачных российских продуктов SDVentures. Директор PayOnline Марат Абасалиев пришёл в компанию в 2005 году в качестве обычного разработчика, правда, «одного из самых талантливых». Теперь он совладелец компании-дочки, занимающей весь 8-й этаж офисного здания.  

Марат Абасалиев

Здесь стоит мемориальная табличка с датой 1 июля 2009 года в честь первой транзакции. Тогдашний российский рынок payment service providers (PSP) ещё был в зародыше, его игроки были слишком сложными. По итогам 2015 года компания Марата, в которой сегодня работает 60 человек, стала первым номером среди таких сервисов в рунете.

Консервативный (по его собственному определению) Марат предпочитает всё-таки tech, и осторожно относится к art. Бабаек на его этаже только пять, зато здесь есть аквариум с «финансовыми» акулами и коробка, где копошатся живые жуки. То ли домашние любимцы не как у всех, то ли тоже метафора в адрес пронырливых е-коммерсантов. Только один из восьми проявляет признаки дружелюбия к людям.

Роль личности в истории — не человечества, а отдельно взятой компании

SDVentures кажется очень «авторской» компанией, транслирующей харизму своего основателя.

Дмитрий Волков закончил исторический и философский факультеты МГУ, Executive MBA бизнес-школы «Сколково» и несколько курсов Гарвардской школы бизнеса. Он выступил со-основателем Московского центра исследования сознания при философском факультете МГУ и написал монографию «Бостонские зомби: Д. Деннет и его теория сознания».

Философию он называет местом, где может побыть наедине с собой. Многие состоятельные люди для этого «покупают дворцы или острова».

— Я не могу делать что-то неосмысленно. У меня одна жизнь, и, может, стоило заняться чем-то другим, — говорит Дмитрий.

В 13-14 лет он выступал в танцевальных постановках на Бродвее и снялся в мафиозном блокбастере Red Mob, весь гонорар потратив на… редкую Библию 18 века. В ту пору его очень занимал вопрос о существовании библейского бога.

Его приход в ИТ случился чуть ли не «на слабо». Он работал переводчиком, когда один из клиентов попросил перевести программу с одного компьютерного языка на другой, и Дмитрию захотелось «разобраться». Очень скоро он понял, что за этой сферой будущее.

Ближайшие 10 лет, уверен Дмитрий Волков, будут звёздным часом программистов и… философов, которые «всё чаще востребованы на руководящих позициях на Западе»: может, интеллектуалы с критическим мышлением наконец затмят спортсменов и актёров.

С его американо-российским бэкграундом — и международным бизнесом — глава SDVentures вселяет некоторую надежду, пусть иллюзорную: может, «вражда» этих двух миров, разворачивающаяся в формате 2.0, происходит в основном в телеящике и цехах «фабрики троллей»?

— Я считаю себя носителем русской культуры и духовности, для меня очень ценна русская литература, музыка, балет. А Америка внушает мне уважение как страна, где понимают важность своего дела, бизнеса, и его интересы приравниваются к национальным.

В России ему не хватает американской толерантности к ошибкам: за океаном человека с пятью неудачными проектами за плечами считают опытным и успешным.

Офисы: 8 окон в несколько миров  

— Мы смотрим, в чём силён каждый конкретный рынок, — объясняет Дмитрий разное предназначение офисов в разных уголках мира.

США — это маркетинг и фронтенд, Рига — юристы и финансисты (потому что там они «крепче»). Марокко — окно в арабский мир (и не просто окно, а с видом на океан), к тому же дружелюбное к России. Город Медельин в Колумбии — окно в Латинскую Америку. После некоторой политической стабилизации там стало «менее страшно, чем было раньше», хоть это всё равно не Майами.   

А Минск — это разработка. Минский офис SDVentures открылся в 2015 году. Сейчас здесь работает 25 человек, в планах до конца года — 48. Компания рассматривает возможность вступления в ПВТ.

В пользу Минска сошлось несколько звёзд: например, слава белорусского ИТ-рынка в качестве «одного из самых известных и сильных» и белоруска Елена Бойко на позиции HR-директора SDVentures — этакое внутреннее лобби страны.

Бонусным аргументом было ежегодное исследование белорусской ИТ-индустрии от dev.by, по данным которого на втором месте среди самых популярных в Беларуси технологий находится .NET. Разработчики SDVentures программируют в основном на этом языке.

Беларусь: в стране подорожавших программистов

Однако расчёт был не только на хороший рынок, но и на более дешёвых разработчиков. Из-за курсовых скачков и привязки белорусских зарплат к доллару разработчики «по факту получились более дорогими».  

— Сейчас вопрос белорусского рынка не в том, дорог он или дёшев, — рассуждает Дмитрий. — Да, он стал дороже российского. Вопрос в другом: он действительно качественный? Если да, то иногда (= часто) один разработчик может заменить 10. Об этом хорошо написано в книге «Мифический человеко-месяц». Пока есть основания считать, что в Минске есть много специалистов высочайшего класса.

Как добавляет HR-директор родом из Беларуси Елена Бойко, у компании и без того «очень жёсткий отбор» (на одну позицию в среднем приходится 3-4 этапа интервью). В белорусский офис и вовсе выбирали «бриллианты».

Получилось «на удивление быстро» и на 5 человек больше, чем планировали со старта.  

К слову, одна из тестировщиц московского офиса, белоруска, воспользовалась открытием офиса в Минске, чтобы вернуться домой. При этом разработчиков SDVentures очень повеселил вопрос dev.by об оттоке кадров в Беларусь «на заработки», за привязанными к доллару зарплатами. «По моему, из Москвы нет смысла ехать в Минск или Европу. Здесь очень сильные компании и специалисты. Если из Москвы — то только в Долину», — сказал .NET-разработчик Алексей.

Интересно, что бросая якорь в новой для себя стране, компания-инвестор старается обращать внимание на яркие локальные проекты. Например, в Риге решила инвестировать в местный стартап AirDog, разработавший дроны, которые ведут воздушную фотосъёмку.

— Надеюсь, в Беларуси мы тоже найдём что-то интересное, — говорит Дмитрий. Конкретных планов на этот счёт пока нет.  

«Вечный стартап»: как компания реализует стоящие идеи сотрудников

Главной здешней особенностью сотрудники SDV называют всё-таки не art-акцент.

— Хоть компания уже крупная, с кучей офисов, мы живём в ситуации вечного стартапа, без накопившейся бюрократии и раздражающих бизнес-процессов, — говорит Олеся, руководитель проектов TripTogether и YourTravelMates. — Это работает так: а ну-ка быстро проверим гипотезу на бизнес-плане, кажется, она гениальная. На пути идеи к реализации нет Васи и Пети, которые должны всё подписать и согласовать года через два.  

Механизм проверки и реализации «гипотезы» нам объясняет Андрей, руководитель департамента Product Development.

— Человек с гениальной идеей, независимо от его уровня и компетенции, идёт к нам в департамент и заявляет: «Ребята, давайте делать колбасный завод! Звучит бредово, но мы озолотимся». Наш Исследовательский центр помогает ему просчитать будущее идеи в цифрах. Если идея оказывается доказанно стоящей, она согласовывается наверху, и затем инструментарий для её реализации не ограничен, — говорит Андрей.  

Кроме того, один раз в месяц компания проводит так называемый Change Request Review, общее собрание, в ходе которого свою идею можно презентовать коллегам (в подготовке питча помогает всё тот же Исследовательский центр): «Если да – идея сразу попадает в roadmap и получает приоритет в зависимости от эффекта». В ходе последнего Change Request Review, к примеру, было озвучено примерно 15 идей, больше половины ушло в roadmap.

Простота и скорость реализации «доказанно стоящих» идей, считает Андрей, позволяет компании привлекать сотрудников из московских айтишных гигантов, где «принято сидеть на попе ровно».

— Однажды мы даже удивили человека из Google в кулуарах гугловской конференции. Он, конечно, считал, что мы здесь программируем на балалайках и предложил одну классную идею (в её основе — подсчёт дохода, который нам приносит каждый из клиентов). И озвучил сроки реализации — полгода. «У нас месяца два назад возникла такая же идея, — сказали мы. — Уже недели две как запустили». То выражение лица человека из Google дорогого стоило.

Как добавляет СТО проекта Dating.com Артём, который прошёл внутри компании почти все ступеньки иерархии, начиная с разработчика, добавляет, что попытка взять на себя ответственность за рамками своих полномочий приветствуется.  Даже когда результат нулевой или отрицательный, она не наказуема и не считается вредительством или саботажем. Хотя «вроде как человек влез туда, куда не нужно, и что-то испортил».

«Научились сами и учим других»: Свой сервис автоматизации мобильного тестирования

Один из ярких примеров «доказанно стоящих» идей — внутренний проект по автоматизации мобильного тестирования.

Несколько Android-устройств подключены к компьютеру, на котором запущен самописный сервис, выполняющий тестовые сценарии. Программа в автоматическом режиме собирает результаты и суммирует их в отчёте.

— В России всё плохо с экспертизой по автоматизации мобильного тестирования, — рассказывает Владимир, руководитель отдела тестирования. —  Очень мало кто автоматизирует на устройствах — все делают на эмуляторах. Это очень просто и достаточно «тупо»: выходит, все тестируют эмулятор, не устройство. Как мы к этому пришли? Прелесть этой компании в том, что можно заставить её купить нам всё, что угодно, если действительно есть резон. Мы быстро доказали, что это нужно сделать.

Не найдя людей с нужной экспертизой, SDVentures обучила этому своих: «Смотрели какие-то ролики, что-то читали. Это было даже не создание чего-то своего, а создание того, чего вообще нет на российском рынке. Теперь учим этому других», — говорит Владимир.

Он добавляет, что обычно такие вещи пишутся на Java, однако в SDVentures написали нестандартно на C# и не только. «Там плотная связочка — всё что только можно». «Всё что только нужно!» — поправляют его.

Эксперименты в пустыне: как труд разработчиков сделал из обезьяны человека

«Мы привыкли к столам и стульям, а неординарные условия помогают переосмыслить то, что мы делаем», — говорит Дмитрий Волков.

«Неординарные условия» он создаёт по-разному: коллег-философов, к примеру, позвал в морскую экспедицию к берегам Гренландии, чтобы подискутировать о проблемах сознания и свободы воли, а с коллегами-айтишниками отправился… в пустыню.

В прошлом году SDVentures побывала на культовом фестивале Burning Man в штате Невада, США. Там, на месте высохшего доисторического озера, раз в год вырастает город, похожий на пылающую неоновую галлюцинацию.

На Burning Man принято привозить безумные арт-объекты. Сначала Дмитрий хотел сделать башню на курьих ножках, с капсулой-яйцом для медитаций наверху. Однако потом решил, что лучший выбор для интернет-холдинга — умные машины.

Около пяти месяцев команда из программистов, под идейным руководством художника-акциониста Олега Кулика, конструировала гигантскую обезьяну-робота Oracultang.

«Оракултанг», сидя в клетке, строил из себя пророка в отечестве — рассуждал на философские темы и предсказывал будущее. Пока что это робот-обезьяна версии 1.0, но надстраиваемая модульная система способна развиваться.

Труд — художников и программистов — почти превратил обезьяну в человека. Однако искусство быстро вошло во вкус и потребовало от технологий невозможного: уже через месяц художник убеждал программистов, что обезьяна должна распознавать лица людей и отвечать на их вопросы.

— Я был в шоке: вместо арт-объекта он решил создать искусственный интеллект, — вспоминает Волков.

«Или так, или никак», — сказал Олег Кулик в ответ на разумные возражения. По мнению главы SDVentures, такую категоричность может позволить себе художник, но точно не бизнесмен.

Во всяком случае, своим разработчикам он уже давно не говорит ничего подобного.

 


Фото: Андрей Давыдчик.

Обсуждение