«Не за горами новая рецессия». Как программист в 41 год переехала в Канаду работать на COBOL

13 комментариев

Тамара Федорцова переехала в Канаду в 1997 году — работать на COBOL, решать «проблему Y2K». В Беларуси для программистов в то время работы не было — «все стали переучиваться на бухгалтеров», вспоминает она. А в Торонто за 3 месяца Тамара нашла место. 

dev.by она рассказала, как в 41 год начала жизнь в новой стране, пережила несколько кризисов и рецессий — и каждый раз была на волоске от сокращения. А ещё — как сегодня работает с аутсорс-разработчиками из Индии, Болгарии, Румынии и Польши и «ждёт пенсии», и почему идею вернуться назад в Беларусь считает не лучшей.  

Ваш выпуск ФПМ БГУ — второй по счёту. Поступая, вы представляли себе, чем будете заниматься?

В общих чертах: я понимала, что буду работать с большими вычислительными машинами. Но когда увидела, что одна такая машина занимает огромный зал, — конечно, была в шоке. 

А когда это было?

На первом курсе: мы ходили в вычислительный центр БГУ — и там были «Минск-22». А позже, на третьем курсе, я уже работала на полставки на машинах «Минск-32».

В университете велись хозяйственные договора: студенты делали расчёты зарплат, расчёт каких-то технических показателей для предприятий, и имели неплохую прибавку к стипендии — 38 рублей, насколько я помню. В общем, всё как и сейчас. 

Все ваши однокурсники подрабатывали?

Многие — просто нужно было найти место. На 4 курсе я работала на полставки на кафедре ядерной физики — нужно было отладить программы для решения систем уравнений.

Так что до конца 5 курса мы очень даже неплохо жили — когда мы пошли на работу, денег поначалу было меньше. 

Какие языки изучали в университете?

Очень интересные — например, COBOL, который сейчас мало кто знает, а ещё Fortran, PL 1, Assembler. Значительно позже, когда появились «персоналки», — Pascal: я пошла к директору НИИ, в котором работала, и попросила отправить меня на курсы в БГУ, чтобы выучить этот язык.  

Где вы работали сразу после вуза?

В НИИ при Академии наук БССР. Было интересно, потому что это было прикладное направление, связанное с автомобилями. Но я думала: 3 года отработаю — и двинусь дальше. А в итоге так там и осталась.

Почему?

К тому времени я стала младшим научным сотрудником — начала получать неплохую доплату к основному заработку, и менять «шило» на «мыло» уже не хотела. Замуж вышла — дети пошли: не особенно и двинешься с этим возом.

…А потом наступило такое время, что хоть бы где работать — только бы деньги платили. 

Вы имеете в виду распад Советского Союза?

Чуть позже — тот период, когда Россия ввела свою валюту. Вся наша жизнь изменилась буквально за ночь: у нас были договора с Львовским заводом, с московскими НИИ, и расчёт шёл в советских рублях — и вдруг они превратились в «фантики». Банковские операции остановились, людям не могли заплатить — а они же работали. 

Сколько вы могли сидеть без денег?

Сколько угодно! Нам говорили: «Идите в отпуск за собственный счёт — через 3 месяца, может быть, будут деньги».

А что же вы делали всё это время? 

Искали работу — у предпринимателей, торгующих «сникерсами», «марсами», ещё где-то. Вся «прикладная математика» бросилась осваивать бухучёт. Я окончила курсы и стала вести бухгалтерию на фирме, которую открыл мой муж. Мы покупали запчасти во Львове и других городах, привозили их в Минск — и меняли на двигатели или ещё что-то. Потом обменивали и их тоже — цепочек могло быть очень много, пока кто-то, наконец, не платил деньгами.

Как надолго программирование ушло из вашей жизни?

А вплоть до 1997 года — пока я не переехала в Канаду. 

Не жалели об этом?

Некогда было жалеть — выживать нужно было: двое детей — 9 и 5 лет, есть нечего, боже мой, какие там сантименты?! Мы чувствовали себя так, словно Земля только родилась: все потеряли всё. Снимаешь с «книжки» раз в месяц фиксированную сумму, а пока ждёшь следующего раза, инфляция сжирает всё до копейки — 500%, шутка ли. Тебе остаётся только наблюдать — а сделать ничего нельзя. Но вот что я поняла: пока ты молод, ты воспринимаешь всё это по-другому, потому что у тебя есть время — можно восстановиться. А те, кто перешёл возрастной рубеж, уже не смогли поднять голову — они просто выживали.

Почему вы решили переехать в Канаду?

Наши знакомые переехали туда — так что я знала, что в Канаде бесплатное медицинское обслуживание, хорошее обучение в школах и колледжах, налоги достаточно высокие, но уровень жизни — высокий. И потом мы пришли в компанию, которая занималась вопросами миграции, поговорить какие у нас шансы — возраст ведь не юный, мне уже был 41 год. Они спросили: «Вы кто — программист? Нет вопросов — только в Канаду». Потом уточнили: 

— COBOL знаете?

— Знаю.

— Всё, подавайте документы! 

Канада, как и другие западные страны, в то время предоставляла льготы предприятиям, проводившим апгрейд старых систем, и выделяла средства на решение «проблемы Y2K». Поэтому нужны были спецы по COBOL — но кто ж из молодых программистов к тому времени его знал?  

Это был реликтовый язык?

Он реликтовый уже 60 лет. Все говорят, не сегодня-завтра умрёт, а он живёт, потому что программы на нём работают — и бизнесы тоже.

И никто не рвётся что-то поменять: ведь ещё не известно, что у тебя получится с новым ПО, — а старое работает «как часы». 

Что ещё важно: специалисты нужны были срочно, так как времени было мало — все работы нужно было закончить к августу 1999 года. Потом все системы замораживались: что сделано — то сделано.

По теме
Все материалы по теме

Вы приехали «в никуда»?

Нет, мы поселились у своих знакомых на пару дней, а потом сняли своё жильё. Заплатили на год вперёд — почти всё, что выручили за квартиру в Минске. 

Как скоро вы нашли работу?

Спустя три месяца поисков. Я составила резюме — и пошла на ярмарку вакансий. Подавала его всюду, где можно было, но отозвалась только одна компания. Там сказали: «Оставьте номер, мы позвоним вашему предыдущему работодателю — проверим». В НИИ всё подтвердили: да, такая-то у нас работала, рассказали, чем я занималась.

Поскольку компания, которая меня наняла, была консалтинговой, ей нужно было ещё найти под меня клиента — если бы не нашли, думаю, уволили бы. 

И как скоро его нашли?

Быстро — буквально за две недели. 

И что, всё так просто — позвонили в Беларусь и сделали оффер по итогам этого звонка?

Нет, конечно! Ещё нужно было пройти технический экзамен. Но на самом деле это были  «цветочки», а «ягодки» — уже на проекте: я ведь не занималась COBOL много-много лет — с третьего курса. Когда пришла к заказчику и увидела, с чем нужно будет работать, поняла, что придётся ещё о-го-го сколько учить. 

Почему?

Потому что на западе имели дело с онлайн-системами, разработанными для финансовой индустрии, а в Советском Союзе — с системами «ПРИМУС», которые в повседневной жизни практически нигде не применялись. 

В общем, пока я разобралась, как работает система, освоила все инструменты (они же на английском), — то сидела и день, и ночь. А потом начала потихоньку вникать в бизнес: поняла, как работают в Канаде страховые компании и другие финансовые институты.  

Помните свою первую зарплату?

Я начинала с 45 тысяч долларов в год — хорошие деньги, можно было очень неплохо жить всей семьёй. А через год они превратились в 50 тысяч — достаточно, чтобы взять кредит в банке и купить дом в районе Большого Торонто. 

Вас наняли решать «проблему Y2K», а чем конкретно вы занимались?

Компания-заказчик проводила модернизацию существующей системы управления версией программного кода. Это что-то, похожее на SVN — только для мейнфреймов: программный пакет, который требует адаптации под уже существующую инфраструктуру клиента. Моей задачей был анализ программ, их загрузка в тестовые регионы, вертикальное тестирование и финальное продвижение в продакшн.

Летом 1999 года проект, как вы уже сказали, «заморозили». И что дальше?

Начались увольнения.

За один день?

Я бы даже сказала, за одну ночь. Вчера ты был отличным спецом, милым малым, но ты приходишь с утра на работу — и тебе дают расчёт. Прощай!  Кого-то оставляли, если могли найти под них проект, но не обязательно лучших. Скорее наоборот, первыми увольняли самых дорогих специалистов, иногда даже в ущерб бизнесу, потому что уходили знания и опыт — а замену им не сразу найдёшь. В общем, там был такой баст!..

Что такое баст? Объясните.

Лопнувший пузырь: людей набирали, набирали, а потом отправили на улицу — началась рецессия. Они вышли на рынок, а работы нет — как у нас в 1991 году.

У вас тоже не было?

Нет, меня забрал заказчик: договорился за моей спиной с работодателем, и я перешла работать в страховую компанию.

И чем занимались?

Продолжала работать на COBOL и обслуживать пакеты прикладных программ страховой компании: ведь каждый раз, когда на рынок выходил новый финансовый продукт, его нужно было встроить в систему.

И до сих пор работаете на COBOL?

Нет, в основном провожу системный анализ для проектов на .NET и Java, но немного работаю и на COBOL. 

В какой-то момент и к нам в компанию пришёл «великий и ужасный» аутсорсинг — и она отдала всех программистов CGI Group. Техническая часть поддержки ушла в Индию, а я стала контактировать с бизнесом: составляю ТЗ и делаю системный анализ, а потом объясняю разработчикам, что надо выполнить (хотя иногда проще сделать самой, потому что уже нет сил общаться). 

За это время я закончила множество курсов по бизнес-стороне: если сложить их все — получится 10 лет непрерывной учёбы. 

Экономический кризис 2008 года повлиял на вас?

Он пришёлся на то время, когда нас передали в CGI Group. И что интересно: договор между компаниями не позволял нас уволить в течение года. Но вот этот год прошёл — и снова людей сокращали «пачками», потому что в Индии рабочая сила была дешевле. 

Никого не осталось?

Очень мало — 10%, а нас было около сотни человек. И у каждого был свой квиточек с «временем Ч».

У вас тоже? 

Конечно, это очень чётко работает: сначала убирают контракторов, потом тех, у кого заканчиваются текущие проекты, — щёлк, щёлк, «кто на новенького»… 

Мне, как и всем, дали квиток, объяснили, как рассчитали пособие, сказали: «Можете проконсультироваться с адвокатом — это ваше право». И часики затикали. Однако так получилось, что в тот момент компания-заказчик поставила у себя другую систему перестрахования — абсолютно новую: и нужно было создать интерфейс, а потом взять данные из старых систем — и проверить, как они будут работать в новой. И мне продлили срок. 

Проект завершился, но меня не уволили вместе со всеми, а дали ещё один квиток — до октября. А осенью страховая купила ещё компанию — и снова нужен был кто-то, кто интегрирует её в нашу систему. И мой контракт продлили ещё ещё на год. Хотя я уже думала: ну уволят — и ладно, на пенсию я уже заработала.

Не считаете, что вам всё же крупно повезло? 

В какой-то мере, да. Ведь это была самая серьёзная рецессия с 1939 года — люди годами не могли найти работу. 

Дата-центры ушли из Канады и Штатов в Индию, колл-центры — в Филиппины. Наш «пирог» с каждым днём становился всё меньше и меньше. Но если раньше была надежда, что кризис закончится — и всё восстановится, то теперь её не было: большой кусок отрезали и отдали в Юго-Восточную Азию. 

Почему вы думаете, что всё так печально?

Их полтора миллиарда — если программистов из них даже 1%, они «задавят» всех. Так же, как и Китай. 

Но вы сами были недовольны работой индийских разработчиков: «иногда проще сделать самой» — ваши слова.

У них есть и хорошие специалисты, но текучесть кадров высокая, и много молодых: они учатся, набираются опыта — и идут дальше. А к тебе приходит следующая партия, с которой опять нужно мучиться. 

Мой сын работал с гродненскими разработчиками — они ему очень понравились. Но проблема Беларуси в том, что она не входит в ЕС, и поэтому выбор часто делается в пользу болгар, румын или поляков — они не уступают вашим программистам.

У вас никогда не возникало желания вернуться — работать на аутсорс здесь?

Нет, одно дело — приехать в гости в Беларусь, другое — жить здесь. И потом, там у меня сыновья, внучка… 

Пока диктофон не был включён, вы отметили, что не за горами новый кризис: «Давно не было…» 

Эксперименты с закачиванием денег в систему добром не кончаются: когда-то должно «рвануть». Обычно так: 5-7 лет — и новый кризис. А уже прошло 10.

Не боитесь на этот раз потерять работу?

Работу можно потерять всегда. Но сейчас я даже искать не буду — мне выплатят хорошее пособие, и я, наконец, выйду на пенсию.

А вы разве из тех, кто и в самом деле выйдет на пенсию и будет сидеть дома? 

Конечно, только дождусь — 2 года осталось. Я не из тех, кто станет лить слёзы.

Сколько получает пенсионер в Канаде?

Пенсионные отчисления в Канаде идут из Canada Pension Plan, куда платят взносы с зарплаты, и Old Age Security, а также из фонда пенсионных накоплений, в который ты можешь класть 18% от своего заработка, и он не облагается налогом до тех пор, пока ты не начнёшь брать деньги. Еще один источник — пенсионный план компании, в которой ты работаешь. 

В среднем пенсионер в месяц получает порядка 1000-1200 долларов госпенсии, плюс то, что накопил. Тем, у кого нет никакого дохода, также дают до тысячи долларов. 

Говорят, американские пенсионеры много путешествуют…

Это заблуждение: далеко не у всех есть на это средства. Я знаю тех, кто во время последнего финансового кризиса побросал дома, чтобы избавиться от долгов. В некоторых штатах так можно: если ты потерял всё, и средств платить по ипотеке нет — можно отправить ключи в банк, и до свидания: ты никому ничего не должен! 

А самому куда?

Снимать жильё. Но зато над тобой не висит 300 тысяч долга.

Что вы будете делать на пенсии — есть планы?

Жить. Я бы хотела попутешествовать по Америке — не торопиться, останавливаться, где хочу. Надо только дожить до этого момента. 

Горячие события

Testing Stage 2020
26 марта — 28 марта

Testing Stage 2020

Киев
JSNation 2020 Amsterdam
3 июня — 5 июня

JSNation 2020 Amsterdam

Amsterdam

Читайте также

«ИТ нашим предприятиям не шибко-то нужно», — глава IBA Group Сергей Левтеев
«ИТ нашим предприятиям не шибко-то нужно», — глава IBA Group Сергей Левтеев

«ИТ нашим предприятиям не шибко-то нужно», — глава IBA Group Сергей Левтеев

1 комментарий
США и Индия подсели на белорусские гиперказуалки
США и Индия подсели на белорусские гиперказуалки

США и Индия подсели на белорусские гиперказуалки

Разработчики игр и приложений с офисами в Минске выручили в январе 143 миллиона долларов. Это на 40 миллионов долларов больше, чем в январе 2019 года. Загрузки при этом выросли в 2,5 раза.
Как стартапер просчитывала «airbnb для животных»: у 60% белорусов питомец, горожане позже заводят детей
Как стартапер просчитывала «airbnb для животных»: у 60% белорусов питомец, горожане позже заводят детей

Как стартапер просчитывала «airbnb для животных»: у 60% белорусов питомец, горожане позже заводят детей

Евгения Гончеренок запустила платформу для выгула и передержки домашних животных petsitters.by — и сравнивает ее с Airbnb. Она рассказывает, как устроен запуск проекта, когда ты один, и это первый опыт.
8 комментариев
Переводчик телефонных звонков белорусской разработки стал продуктом дня на Producthunt
Переводчик телефонных звонков белорусской разработки стал продуктом дня на Producthunt

Переводчик телефонных звонков белорусской разработки стал продуктом дня на Producthunt

3 комментария

Обсуждение

17

Классное интервью! Спасибо за столь живого собеседника.

-1

Мне кажется, рецессия начнется уже очень скоро, может даже весной :(

5

Не страшно: зиму все равно переживут не все.

-1

Вот насчет "не было работы программистам в 1997" кто-то загибает. К тому моменту уже шарашек образца раннего епама хватало.

5

Не соглашусь с вами - шарашки были, но не было сформированного рынка труда и поиск работы осуществлялся через знакомых. По дурости, я в 1998 году попал под каток "дефолта 1998" и искал работу несколько месяцев - натерпелся. При этом был опытным программистом и системным администратором.

5

Смелая женщина, интересная статья, спасибо.

0

в чем смелость? просто сильная.

3

Интересная, яркая судьба! Восхищаюсь интеллектом, профессионализмом, упорством и трудолюбием Тамары! Страны, из которых уезжают такие замечательные люди, невосполнимо беднеют. Крушение экономик, когда умный, профессиональный человек не может обеспечить свою жизнь, работать по специальности, это цивилизационная трагедия....

2

интересно!
но и грустновато...

1

Отличная статья, ощущаю даже какое-то сродство. ФПМ. Вот только «вашим программистам» резануло. Так и сказала, «вашим»? Не опечатка? Печалька.

1

Про рецессию тут только ленивый не говорит. Походу кто-то влил много бабла в заказные статьи и посты в блогах. И все пишут типа того, что вот в прошлую рецессию звёзды в небе вот точно так расположились: знать, новая рецессия не за горами. А ещё злодей Трамп. Вот изберут его на второй срок, и вот тогда точно рецессия. В общем, пока всё это вилами по воде писано. Ни одного внятного объяснения, почему оно должно случиться, так никто и не привёл.

0

Рецессия в крови человечества.
Аргументы привел Гринспен, бывший глава ФРС США и по-слухам "автор" того самого кризиса "фанни-мэй"

А причины с библейских времён те-же: алчность и гордыня и стремление на**ать всех и вся и себя в том числе ради графика роста.

Конкретно Гринспен говорил о четырех процентах в год с небольшим, это "очевидно тот самый потолок роста ввп не а который мир может рассчитывать"

Все что выше это либо "прорыв" когда высвобождается масса "законсервированных денег" например расходы на паркинг у среднего американца $9к в год, отказ от личного авто в пользу какого -нибудь гугло-убера или электросамоката приводит к "расконсервации" этих средств, грубо говоря.

Либо это пирамида, в том или ином виде, а точнее крипто - поле чудес, которое из Буратино а не Якубовича

Но "четыре процента Гринспена" и вот вам новый "кризис"

omg
omg
0

> Жить. Я бы хотела попутешествовать по Америке — не торопиться, останавливаться, где хочу. Надо только дожить до этого момента.

Это вот безумно печально, что в случае классической карьеры (особенно в Штатах где перерыв даже на пол года - это уже "караул-караул") осуществить планы "жить" (в данном случае - в значении "попутешествовать") можно только на пенсии.