«Посмотреть места, где люди живут счастливее, чем мы». Программист и массовик-затейник из ИТ-компании едут в Бразилию в поисках индейцев пирахан. Доедут ли?

14 мая 2019, 09:00
Александр Хотяшов (слева), Николай Бузук (справа)

Александр Хотяшов (слева), Николай Бузук (справа)

Николай Бузук — менеджер по проведению массовых мероприятий в компании Ocsico, в нерабочее время — велопутешественник, создатель плавающего велосипеда и Youtube-блогер. Ему 42. Александр Хотяшов — iOS-разработчик в компании HiEnd Systems, называет себя также стартапером, велоактивистом, любителем покушать и поспать. Ему 26.

В апреле приятели сделали громкое заявление: едем в Бразилию к индейцам пирахан — и попытались привлечь к проекту спонсоров. Презентация характеризует путешественников как парней нетривиальных и весёлых. Личная встреча усилила это впечатление. Судите сами, кто кого троллит.

​Как это будет

Цель экспедиции

  • Путешествие на другой континент, где есть цивилизации, идущие по иному пути развития. Изучение их видения мира, культуры, быта, условий выживания в их дикой среде.

План путешествия

  • Вылет из Минска 4 сентября, прибытие в Манаус 5 сентября, Затем покупаем питание и велосипеды в Манаусе, переправляемся на пароме через Амазонку  на стартовую точку маршрута.
  • Едем на велосипедах по трассе BR-319 до Хумаиты. Потом поворачиваем на дорогу BR-230 до реки Маиси. Оставляем велосипеды в безопасном месте и плывём к пирахан на своих пакрафтах. В случае неконтактности племён стараемся выжить в условиях джунглей самостоятельно.
  • Возвращаемся обратно и делимся впечатлениями

Средства передвижения

  • Дешёвые велосипеды бразильского производителя
  • Надувная лодка-пакрафт
  • Мешок для трупа (модернизированный в пакрафт-палатку)

Потенциальные опасности

  • Напряжённая криминальная обстановка
  • Дикая природа: пираньи, анаконды, леопарды, крокодилы, ядовитые змеи и насекомые
  • Вирусные инфекции
  • Жара — до 40 градусов
  • Минимум еды, плохое качество воды

«Программисты приходят ко мне поболтать, а я уже вижу, когда они выгорят»

Николай. Я — режиссёр эстрады, артист. Работал с «Сябрами», в «Белконцерте», в Академии наук. Последние пять лет развлекаю программистов, сейчас я штатный ивент-менеджер в компании Ocsico. Помогаю людям отдохнуть, организовываю их досуг. Они сидят в офисе, вот как вы сидите в этом оупен-спейсе, и смотрят в компьютеры — они устают, выгорают. Приходят ко мне печеньки поесть, в «настолки» поиграть, я с ними разговариваю и уже на глаз могу определить: вот этот через пять месяцев сойдёт на нет, этот — через три, а этот уже сходит.

Вы штатный психолог по совместительству?

Нет, я — клоун, играю на губной гармошке и езжу на велосипеде. Профессиональных дураков в стране мало, остался я.

Какой у вас опыт путешествий?

Небольшой. Поездил по России: Московская, Ленинградская, Псковская области, Чудское озеро, Каменный конец, Замогилье — езжу в те места, куда сами россияне не любят ездить. Проехал на велосипеде Горный Алтай, оттуда через Кош-Агач направился в Монголию и Синьцзян-Уйгурский автономный округ Китая. Был в Литве, Латвии, Польше, из Санкт-Петербурга часто ездил в Финляндию, однажды на пароме переправился в Швецию. Норвегию не осилил — слился.

Почему Норвегию не осилили?

Настроения не было. Одному туда лучше не ехать.

Саша, а у вас какой опыт?

Александр. Я был в пятом классе в Турции на пляжном отдыхе — вот и весь мой зарубежный опыт. Плюс последний год ездил в байдарочные походы по Беларуси.

Николай. Но и в велопоходы ты ездишь. Хотя  в этом году ты плохо ездишь. Не будешь  тренироваться — сдохнешь, так и запишите: это основной смысл интервью. А будешь тренироваться — весело сдохнешь.

«Страны вроде Индии, где ты будешь предметом торга, мне не очень интересны»

Цель поездки в Бразилию — весело сдохнуть?

Николай. Нет. Цель — посмотреть те места цивилизации, где люди живут счастливее, чем мы. Вы же не испытываете здесь особого счастья. Правда, есть места, где люди живут хуже нас. Мы едем туда, где люди живут более свободно и счастливо. У пирахан нет такого ощущения времени, как у нас, их никто не подгоняет, они говорят на своём языке и считают себя центром цивилизации. Они не нуждаются ни в чём том, чем живет общество потребления.

Я посещаю те места, где мне интересно было бы жить. Прежде всего мне интересна природа, нетипичные места, но попутно я интересуюсь цивилизацией: как живут люди, чем отличается их мировоззрение.

Мне не очень интересны страны вроде Индии, где слишком много людей и где ты будешь предметом торга. В горы к монахам я бы поехал, и то не факт. А валяться на огороде, где рядом — тысячи нищих детей, я не хочу. Друзья недавно вернулись из Африки, показали видео: за ними бегут сопливые дети с раздутыми животами. Я и в Монголии такое видел, но в Монголии люди счастливы, а в Африке — не знаю.

А вот в Бразилию съездить интересно — добраться до этого племени, посмотреть джунгли, где полная дичь и паразиты паршивые. Там мы с Сашей аккуратненько проедем, аккуратненько сплаваем — всё это в лайт-режиме, мы не ставим никаких рекордов.

Вообще-то я решил посетить все континенты и в некоторых, возможно, совсем загнуться. Но там, где ты прошёл, ты уже не загнулся.

Александр. Лично мне просто интересно, потому что я особо нигде не был, даже в Европе. Пока я молодой, нет своей семьи, почему бы не попробовать? Плюс Коля импонирует мне как человек: я тоже люблю креативный подход. Другими словами, я согласился, во-первых, потому, что мне интересен формат путешествия, а во-вторых, мне интересен сам Коля. Ещё одна цель моего путешествия — пиар и продвижение моего приложения для туристов по определению банкнот.

Опыт физических нагрузок есть?

Я проезжал по 90-100 км в день — не проблема. Также участвовал в походах на байдарках, проплывал по 40 км в день — есть представление и об этом. Но походов на дальние расстояния, в которых находишься в пути неделю подряд, в моей жизни не было. За месяц перед поездкой, конечно, займусь физподготовкой — буду накатывать километры по Минску, чтобы привыкнуть к седлу.

«С индейцами будем говорить по-белорусски»

Итак, вы приезжаете в Бразилию 5 сентября. Покупаете там велосипеды — обычные, не грузовые…

Николай. Будут грузовые, переделаем. Дом технического творчества, Академия наук, я — ведущий инженер-технолог. Я был на всех белорусских заводах —  как вы считаете, смогу я переделать велосипед?

Обратный самолёт из Манауса у вас 29 сентября. На всё путешествие — чуть больше трёх недель. Сколько дней займёт веломаршрут?

Николай. Невозможно спрогнозировать. В обычных условия за день с грузом можно проехать 100 км. Наш маршрут — 700 км в одну сторону и столько же в другую. Это 14 дней. Там нет гор и есть асфальт, это очень важно. Но будут и такие факторы, как жара, дичь, потребуется время на акклиматизацию. Опять же, могут быть бандиты. Почему мы едем? Потому что нам интересно. А любопытство, как известно, наказуемо.

У нас всё велодвижение ушло в развлекательный формат: ты передвигаешься от отеля к отелю, еду с собой не везёшь, вещей — минимум, получается кроватно-диванный режим. А мы — приверженцы старого стиля: покупаем на 50 долларов еды и ни в чём себе не отказываем. Закончилась еда — значит, ты ошибся.

Александр. За 7-9 дней мы планируем добраться до реки Маиси, вдоль которой живут пирахан. До ближайшего поселения оттуда будет 40 км, их надо будет проплыть. Если мы за два дня сделаем этот путь, то поживём у индейцев пару дней. Чтобы вернуться обратно, понадобится ещё 11 дней. Итого 22 дня в пути. Если мы не будем успевать, то в Хумаите сядем на автобус и проедем оставшуюся часть пути.

Николай. Туда мы точно поедем на велосипеде, а обратно… В Китае например, обратно нас с товарищами везла полиция.

По-португальски говорите?

Нет. Зачем нам это?

По-английски?

Я же в ИТ-сфере работаю — зачем мне английский? В Бразилии никто не понимает английского, это вражеский язык. А у пирахан — свой язык. К тому же язык и не всегда нужен.

На каком языке будете общаться с индейцами?

На нашем, на белорусском. У меня есть губная гармошка. Пирахан очень любят говорить — столько, сколько надо. И важно, что, если им надоело с тобой общаться, они начинают петь.

И я умею петь, это самый простой язык.

И всё-таки, чего вы хотите от пирахан?

Ничего — посмотреть, вникнуть. Мы просто хотим вписаться, интегрироваться в их среду и быть там добрыми людьми.  Может, они нам не понравятся, или мы — им. Но и тогда надо быть толерантными. Мы, белорусы, толерантная нация.

Александр. Индейцы живут в резервациях, на заповедных территориях, и есть вероятность, что бразильские власти не позволят нам там находиться. Считается, что белый человек может передать индейцам вирус, против которого у них нет иммунитета. С другой стороны, те индейцы, к которым мы собираемся, уже контактируют с белыми людьми — как минимум, с торговцами. Думаю, мы им никак не навредим.

«Спонсоры нужны, но поедем и без них»

Николай, в одном из ваших видеоотчётов настойчиво звучит песня «Ни мозгов, ни денег». Это что, ваш девиз?

Николай. Сложно сказать, мой ли это девиз. Но так складывается жизнь. У меня же может быть мнение, с которым я категорически не согласен. Как у Берии, который отвечал на вопрос Сталина. — У вас есть мнение, Лаврентий Палыч? — У меня есть мнение, но я с ним категорически не согласен. Так обычно я и живу.

Денег-то почему нет, вы же в ИТ-компании работаете?

Потому что я человек нашей страны. ИТ-сфера — это мелкая отрасль, которой дали временно продохнуть, потому что у нас нет ресурсов. В результате она чуть-чуть поднялась относительно других отраслей. Но основное время я работал без денег. Я — совершенно простой человек, из простого обслуживающего персонала, уборщица ведь тоже работает в ИТ-сфере… Таким людям, как я, всегда платят мало. И потом, почему вы думаете, что я буду много просить? Нельзя отрываться от коллектива, мы живём в нашей стране. И не всегда экономический статус влияет на качество человека. Иногда бедный человек даже лучше, чем богатый. В Бразилии люди тоже бедно живут.

Саша, деньги-то есть?

Александр. Есть, конечно.

Николай. У Саши есть, у меня нет — вот и вся разница.

Бразилия — бедная страна, 50 долларов на еду хватит, билеты уже в кармане — зачем ищете спонсоров, которые дадут вам восемь тысяч долларов?

Николай. Саша любит стартапы, а я не против. Утверждение, что мне деньги не нужны, неверное. Мне тоже надо кушать, я такой же человек. Но если я покушал, я уже спокоен.

Александр. Почему я поддержал идею спонсорства? Во-первых, ради безопасности. Если у нас будет спутниковый телефон либо спутниковый трекер, то больше шансов, что мы оттуда вернёмся в хорошем состоянии. Во-вторых, было бы неплохо эту тему осветить. Пиар не ради денег, а чтобы повысить узнаваемость. Нам нужен спонсор, чтобы продвинуть наше путешествие в массы. Если мы собираемся стримить онлайн, то, естественно, нужна спутниковая точка доступа и спутниковый интернет. Это позволит нам создать более уникальный контент, а людям, наблюдающим за нами, быть более вовлечёнными в это путешествие.

Восемь тысяч долларов — это весь бюджет путешествия, включая билеты, снаряжение и спутниковые средства связи, а также камеры и дрон для съёмок. Если у нас будет дрон, то можно делать кадры с воздуха, которые улучшат контент. Можно будет фоткать с дрона тех же индейцев. Заряжать устройства будем от солнечной батареи.

По поводу снаряжения. Коля сделал бушкрафт: лодка и палатка из мешка для трупа. Но я выбрал нормальный вариант — пакрафт и палатку. Они уже куплены.

Николай. Важно то, что со спонсорами или без них — мы поедем. Спонсор в любом путешествии вторичен, он только навязывает тебе правила и мешает. Но мы готовы предоставить свои тела для рекламы. Если с нами свяжется «Газпром», я обязательно нефтью на груди напишу «Газ».

Какой же вы белорус после этого?

Как какой? Белорусы же всё время продаются, вы разве не заметили? Мы же постоянно продаёмся за какие-то поцелуи.

Есть спонсоры — хорошо. Нет — мы всё равно поедем. Другое дело, что Саше, как программисту, без интернета будет тяжело. Я не люблю интернет, но спокойно отношусь к ИТ-сфере, сознавая, что она разрушает мозг. Я понимаю, что в конце концов все эти средства связи у Саши отберут как предмет роскоши.

Но аварийный спутниковый маяк — хорошая вещь, он стоит 150 баксов, его мы купим, даже если не будет спонсоров. Заодно посмотрим, как он сработает. Если что, наши люди передадут в белорусское посольство, что мы потухли.

«Если укусит змея, надо принять таблетку от аллергии, а там как карта ляжет — гуараны выпить, подумать о космосе»

Если спонсоров не найдёте, до скольки сократится бюджет поездки?

Александр. Он и так планировался небольшой. На билеты было потрачено 1 600 долларов в оба конца на двоих — воспользовались акцией «Люфтганзы». С собой я собираюсь взять долларов 500. Но ещё надо купить в Бразилии велосипед, плюс нужны деньги на автобус, чтобы вернуться обратно в Манаис, если поймем, что начался «трэш».

На случай поломки велосипедов и лодок у нас будут ремкомплекты, также возьмём с собой аптечку. Ещё надо будет сделать прививки от холеры, тифа и малярии.

Николай. Прививок от малярии не бывает. У нас делают три прививки: против гепатита А, гепатита B и жёлтой лихорадки. Ещё нужна прививка от столбняка.

Александр. И надо будет купить противоядие от змеиных укусов.

Николай. Да, но оно не подействует. В Бразилии семь видов змей, а у нас есть противоядие только от яда гадюки, и то не у нас, а в России. Лучше, конечно, купить местное лекарство и обратиться в их поликлинику, если станет плохо. В Хумаите и Манаусе наверняка есть поликлиники на уровне наших сельских. Каждый год от укусов змей в Бразилии умирает две тысячи человек, так что противоядие там точно найдется. Но надо быть осторожным: постучать веслом, прежде чем ступить, глубоко в джунгли не уходить.

А ещё надо взять антигистаминные препараты. Я посоветовался с нашими врачами: в случае укуса надо прежде всего принять таблетку против аллергии, а там как карта ляжет — гуараны выпить, полежать, подумать о космосе — глядишь, и выживешь.

А от крокодила что спасёт?

Там кайманы — от них лучше держаться подальше. Но если он уже проявил любопытство… для этого у нас будет газовый баллончик.

Александр. Так крокодилы же в воде.

Николай. Ночью он может выйти на сушу — ты же вкусный. Поэтому я бы хотел, чтобы Саша взял мой вариант пакрафт-палатки и, если что, мог подвешиваться на ночь между деревьями. Тогда крокодил его не достанет.

Такое количество осадков, как в Бразилии в сезон дождей, мы даже представить себе не можем — три метра в месяц! Можно лечь спать, а к утру вода поднялась на полметра и тебя смыло в речку. Мы едем в самый сухой сезон, но ливни могут пройти и в сентябре. Лучше подстраховаться, поэтому я с собой беру мешок из ПВХ  — в него вставляется надувной баллон, и получается лодка. Плывёт себе как мешок для трупа — медленно, плохо, но плывёт. Могу такое же изделие склеить и для Саши.

На самом деле, у нас есть концепция выживания, и мы будем ей следовать. Будем на ночь сооружать периметр безопасности и внутри него спать, чтобы к нам меньше лезло змей и прочих гадов, — просто тент и к нему нашитый накомарник.

Ягуары там водятся?

Один на сто километров. Но этот один, конечно, придёт к нам — полюбопытствовать. Ну, что ягуар — это большая кошка. Мы же будем шуметь, пахнуть дымом или дёгтем  — зачем ему нас есть?

А что жечь будете?

Будет газовый баллон и горелка на всякий случай. Что там горит, не знаю, но почти уверен, что что-то горит.

Против пираний какое средство?

Никакого. Доброта. Ну, что пираньи — это же рыба, её едят. Правда, говорят, она невкусная. Но мы попробуем и вам расскажем.

Ещё в Бразилии много-много диких обезьян.

Их есть не будем. Нам их жалко. Мы лучше сухой «роллтон» поедим. Интересно попробовать бразильские сухие продукты и их сгущёнку, может, она лучше рогачёвской.

Саша, что говорят родители? Они вообще в курсе твоих планов?

Да. Мама говорит: дурачок, я буду за тебя беспокоиться.

Будет беспокоиться, но отпускает?

Да. Она привыкла, что во всяких сплавах я выживаю.

А вас, Николай?

А меня никто не держит. Пятилетняя дочка одобрила, сказала: я тоже хочу с вами. С её мамой мы в разводе.

Зачем вам Саша в этом путешествии?

Я много прошёл путей и знаю, что самое сложное в дороге — это одиночество. Одному тяжело, вдвоём — легче.

Если не найдете индейцев, цель будет считаться недостигнутой?

А у нас нет такой цели. Замысел — это не то, к чему надо прийти, а то, от чего следует оттолкнуться. Это правило режиссуры эстрады: не надо цепляться за конечную  цель.

Так, может, цель — просто уехать из Минска?

Хорошая цель. Вот так мы её и сформулируем.

Обсуждение